Сейчас вызову охрану, а можешь сам спокойненько отправиться восвояси.
Но Саша явно не собирался покидать кабинет, а весь его бравый настрой говорил, что сейчас мне будет преподнесена очередная гадость, элегантно упакованная его высоким слогом философа.
— Ой, какие мы стали решительные. Что ни говори, дорогая, а наш развод пошёл тебе на пользу. Наверное, только мамаша твоя не оценила таких перемен в своей нежной и милой девочке.
— Саш, заткнись, пожалуйста. Я только пару часов назад похоронила её, так что не трогай мою маму.
Найди в себе хоть каплю человечности.
Но бывший муж только зло рассмеялся, а потом уставился на меня горящим взглядом блестящих глаз. Ненормальных и нездоровых глаз.
— Да, пусть там вертится теперь. Ей всё равно прямая дорога в ад.
Я, не выдерживая оскорбления в адрес родного человека, подскочила с кресла.
— Саша, вали отсюда. Прочь из моей жизни. Иди туда, где был все эти годы.
— К сожалению, тут тебя ждёт прекрасный и просто грандиозный обломчик!
Я его сейчас убью!
— Я вот решил вернуться к тебе, любимая.
Моя юная жена больше не может терпеть своего несовершенства на фоне тебя.
Теперь я нахмурилась, ибо этот придурок, скорее всего, чем-то накачанный, нес полную ерунду.
— Саша, ты совсем рехнулся, если думаешь, что я соглашусь хотя бы на миг вернуться к тебе.
— Уверена?! — злорадно уточнил бывший.
Кивнула. Сама уже начинаю вспоминать, что-то где-то под столом у меня была тревожная кнопка. Как сказал Аренский — на всякий пожарный.
— Ну тогда вот!
И он кидает белый конверт мне на стол.
Я не шевелюсь. Если хочет шоу, то пусть сам исполняет все роли.
— Зря ты так! Это письмо из суда, куда ты должна явиться, ибо я собираюсь отобрать у тебя свою дочь.
У меня нет слов, но совсем не от страха перед этим сумасшедшим, а их просто нет.
— Правильно, Евушка! Молчи и слушай.
Саша, скидывая папки с моего стола, садится на его край. Удобно устроившись, закидывает ногу на ногу и начинает.
Слышала, с психами спорить нельзя, надо делать вид, что слушаешь и подчиняешься.
А мой бывший муж точно слетел с катушек — от нездорового взгляда расширенных глаз до той ахинеи, что он сейчас нёс.
— Итак, дорогая, если хочешь остаться с дочерью, то ты с радостью становишься моей невестой, а потом и женой. Берёшь обратно мою фамилию и дочь тоже перепишешь.
— Ты же женат, — аккуратно напоминаю ему.
— Это вопрос времени. Я послал её. Сейчас, когда твоей гнойной матери не стало, я согласен вернуться в семью.
