А девушка тем временем вновь убрала руку в просторный карман.
— Чего застыл, Дубина? — насмешливо фыркнула незнакомка.
— Да вот, думаю, а знает ли ваш батюшка, с кем вы, Прасковья Ильинична, завтракаете? — подал голос Дуб.
Я заметила, как спина Вернякова напряглась, словно мужчина собирался дернуться вперед и затеять драку с незваным гостем. Но незнакомка ужа успела приблизиться к Дубу первой. Она встала почти вплотную к мужчине и качнулась с пятки на носок, не вынимая рук из карманов.
— Ты, Дубина, забыл, что я — девочка взрослая, — прошипела незнакомка, спустя секунду после того, как ее рука молниеносно дернулась.
В первое мгновение я не разобрала, но, приглядевшись, увидела, что в ладони был зажат небольшой складной нож. И лезвие плотно прижималось к шее Дуба. — А взрослые девочки сами решают, с кем есть, пить, тусоваться. Усек?
Распахнув глаза от удивления, следила за каждым движением девушки. Удивительно, что никто из людей, сопровождавших Дуба, не пришел ему на помощь. Никто даже не двинулся в его сторону.
Да и наши ребята стояли, не шевелясь, словно подобная картина была им привычна.
— Я все понял, Прасковья Ильинична! — пробормотал Дуб, поднимая руки ладонями вверх. — Мастера отрывать от дел по мелочам не стану.
— Хороший мальчик, Дубина! — похвалила девушка, убрала нож от горла Дуба и вытерла лезвие о ткань белоснежной футболки гостя. — А за гонки не переживай. За Фуллера есть кому рулить. Иди, Дубина, и помни: сегодня тебе и твоим парням повезло. Мэт нынче добрый. Но только сегодня.
Дуб кивнул. Его люди уже распахивали двери машин, в надежде максимально быстро скрыться с территории, принадлежащей Фуллеру.
А я незаметно выдохнула. Как только машины скрылись за массивными воротами, Верняков, не глядя на окружавших его людей, широким шагом ушел в сторону своего «офиса».
Девушка неуловимыми движениями запястья, играючи, сложила нож и спрятала его в карман. А потом повернулась ко мне. Я не знала, куда мне бежать. В дом Фуллера, где все еще находились мои вещи. Или в ту комнату, что Слава предоставил мне для проживания.
Парни незаметно разошлись, у входа в гараж осталась лишь я, незнакомка и Фуллер.
Девушка подошла ближе ко мне. Мэт остановился за ее спиной. А я подумала, что, скорее всего, мешаю им, загораживая вход в здание. Не нужно быть гением, чтобы понимать: загадочная Прасковья Ильинична — дама сердца и всей жизни Матвея. Ведь ему как раз такая и нужна, чтобы держала в тонусе, напряжении и могла бы за себя постоять.
