А потом и опустил на мои плечи что-то теплое, нагретое, пахнущее мужским парфюмом.
И прежде, чем лениво соображающий мозг выдал информацию, мое тело уже отреагировало. Я догадалась, кому принадлежала одежда, оказавшаяся на мне.
Куртка Фуллера. Та самая, в которой он был в нашу первую встречу, когда я ударила его шокером.
Кажется, с тех пор прошла сотня лет.
Пока я находилась на слабоосвещенной крыше, мои глаза привыкли к темноте. И теперь я заметила, что рядом с лавочкой стояла урна, на небольшом кирпичном выступе лежала пачка сигарет и стояла банка пива.
И я поняла, что Мэт все это время находился именно здесь. Ведь поэтому я не видела в толпе знакомую фигуру, пусть украдкой и искала и не сознавалась в этом даже самой себе.
Мужчина стоял позади, а я поняла, что занимаю его место.
— Я случайно… Я пойду… — пробормотала я, не поднимая головы, но пытаясь стянуть куртку со своих плеч.
— Сиди! — в своей обычной манере скомандовал Фуллер, а я не стала возражать, лишь глубже зарылась в теплую одежду.
И поняла, что ветер стих, а я все равно начала дрожать. Но только от холода ли?
Думала, что Мэт уйдет. Ну зачем ему моя компания? Ведь он столько времени успешно игнорировал меня и мое присутствие на своей территории.
Не ушел.
Сел на скамейку рядом, упираясь локтями в колени и выдохнул, словно эти движения давались ему с трудом.
Честно, я испугалась, что ему вновь станет плохо, а мне придется звать на помощь. И кого звать? Ведь телефон остался в комнате. К тому же я не была уверена, что об этом недуге стоит распространяться.
Мысленно прикидывала, как уже бегу за Гошей, Семеном или Верняковым, а Фуллер протянул руку к пачке сигарет и закурил.
Я не любила дым. Феликс никогда не курил. Но сейчас я даже не подумала, что стоит попросить мужчину выбросить сигарету. Дым не мешал, а легкий ветерок тут же уносил его. Словом, дискомфорта не было. Однако я все равно судорожно ждала подходящего момента, чтобы убежать. Интуиция кричала, что делать это нужно немедленно и, желательно, не оглядываться.
Но я сидела, кутаясь в куртку Фуллера, которая пропиталась запахом этого мужчины и настойчиво подстегивала память, воскрешая интимные и сокровенные воспоминания.
— Хорошо с ним? — голос Мэта прозвучал отрывисто, а я не поняла, о чем он говорит.
— Что? — переспросила я.
— С Седым, — нетерпеливо произнес Фуллер, кивая в сторону толпы, где Семен как раз о чем-то болтал с приятелями, скрестив руки на груди.
Что имеет в виду это мужчина? Я не знала.
