Правильно? Я правильно понял?
– Правильно, Луций Корнелий, – с серьезным видом подтвердил Мамерк.
– Тогда, – медленно проговорил Сулла, – сенат должен поискать нужного человека вне стен сената, разве не так? Ситуация, о которой ты говоришь, обычными путями неразрешима. В данном случае следует прибегнуть к необычному способу. Другими словами, обязанность сената – найти для Рима человека, известного исключительными способностями и обладающего опытом, и дать этому человеку все полномочия, необходимые для принятия командования или исполнения обязанностей наместника.
– Даже если он вольноотпущенник? – спросил Мамерк, пораженный.
– Даже если он вольноотпущенник. Хотя лучше, чтобы он был всадником или центурионом. Я знал одного центуриона, который пошел на риск и взял на себя командование, был награжден венком из трав, а потом получил тогу с пурпурной каймой курульного магистрата. Его звали Марк Петрей. Если бы не он, было бы много потерь и армия не смогла бы продолжать сражаться.
Он стал сенатором и пал с честью во время Италийской войны. Его сын сейчас среди моих новых сенаторов.
– Но сенат не может законным образом дать человеку не из своих рядов полномочия полководца или наместника! – возразил Мамерк.
– По моим новым законам сенат будет обладать таким правом. И я называю такое наместничество или командование специальным поручением. Сенат сможет давать такие поручения – с империем любого необходимого достоинства! – любому гражданину Рима, даже вольноотпущеннику.
– К чему он клонит? – прошептал Филипп Флакку, принцепсу сената. – Я никогда подобного не слышал!
– Хотел бы я знать, но не знаю, – тихо ответил Флакк.
Но Сулла знал, и Мамерк догадывался об этом. Это был еще один способ связать Гнея Помпея Великого, который отказался от места в сенате, но благодаря ветеранам своего отца представлял собой военную силу, с которой приходилось считаться. Сулла не мог допустить, чтобы какой-либо полководец был в состоянии повести армию на Рим.
Он, Сулла, останется последним – так он решил. Поэтому если времена изменятся и Помпей превратится в угрозу, то нужно, чтобы законный орган – сенат – дал Помпею возможность законно проявить свой недюжинный талант. Принимая этот закон, Сулла делал уступку здравому смыслу."
"– Мне остается определить, что такое измена, – объявил Сулла несколько дней спустя.
