Но, как оказалось, Филу есть, чем ещё меня удивить.
– Так даже лучше, – наконец, изрёк он, всё это время обдумывая услышанное. – Скажем всем, что ребёнок от меня. Папа будет счастлив, что у него появится ещё один наследник.
Похоже, Драгунский и впрямь испытывал острую необходимость в том, чтобы жениться, раз шёл на настолько крайние меры. Но мне пора было заканчивать весь этот цирк – я же сразу решила, что отказ будет более чем категоричным. Так почему же до сих пор не только не завершила беседу, но и обсуждаю какие-то нюансы, причём весьма значимые?
– Фил, всё… Мне кажется, это уже слишком далеко зашло, – прикрыв глаза, покачала я головой.
– Давай заканчивать этот… фарс.
Посмотрев на Драгунского, я убедилась в том, что чувствовала кожей – босс смотрел на меня пристально, прожигая взглядом.
– Фарсом ты называешь моё честное предложение, или ту семейную жизнь, которая у вас была с Мечниковым?
Он бил по больному, и это было ощутимо. В памяти тут же загорелись огненными буквами слова мужа, которые я случайно услышала: «Мне не хочется думать о других бабах».
Новое осознание, что я для Никиты даже не друг, который был рядом не один год, а всего лишь «одна из», ударило по нервам.
– Я возмутилась от того, что ты посчитал, будто Лиза Мечникова годится лишь для фиктивных отношений. Вот наше обсуждение и зашло туда, куда ему не стоило заходить, – проговорила, поднимаясь из-за столика.
Захотелось просто взять и погрузиться в миллион дел, которые сегодня ждали меня, и которые я брошусь решать с огромным рвением.
– Елизавета, – проговорил тихо Драгунский, гдядя на меня снизу-вверх. – Не говори «нет». Подумай. Что ты станешь делать дальше, если не хочешь, чтобы Никита узнал про ребёнка? Уволишься? Сбежишь? Станешь скрываться?
Он говорил о тех вещах, о которых я сама думала лишь вскользь, но они примерно так и звучали: сбежать, скрыться, никогда больше не показываться на глаза Никите."
"– Если не захочешь, чтобы Мечников сопоставил сроки, тебе нужно будет убедить его в том, что долго по вашей семейной жизни ты не горевала, и тут же нашла себе другого.
Так почему бы этим самым другим не стать мне?
В том, что Фил обладал талантом умело вести такие разговоры, я не сомневалась. Но ещё ни разу до сего момента эти умения не были направлены на меня.
– Филипп, спасибо за предложение, оно мне очень льстит, – соврала я, – но у меня куча дел.
Договорив, я быстро, будто опасалась, что Драгунский может за мной погнаться, ретировалась из кафе.
