Он поговорит с тобой, узнает — истинно ли твое желание пройти очищение от грехов?
— Ну вот, отлично! Как мне с ним встретиться-то?
— Приходи завтра вечером на бдение, там Учитель на тебя посмотрит и решит, готов ли ты к уединенной беседе с ним?
— К — уединенной? — хмыкнул я.
— Да, он проводит ее со всеми братьями и сестрами, прежде чем принять их в общину.
— Понятно, — кивнул я. — Ну, говори адрес и время?
— Овощная семь, в шесть вечера.
— Спасибо! Буду! Только ты Учителю этому про меня заранее не говори, ладно!
— Я еще не достойна того, чтобы обращаться к Учителю по собственному желанию.
Нужно ждать, когда он сам обратится ко мне.
— М-да, равноправием у вас там не пахнет…
— Мы все равны, — возразила Разуваева. — И Учитель всех нас любит одинаково, никому не отдавая предпочтения, но каждый должен сам почувствовать, достиг ли уже он такой степени духовного совершенства, чтобы осмелиться отвлечь Учителя от его погружения в молитвенное созерцание.
— Что ж, тем лучше, — пробормотал я и повернул тачку в направление того района города, где жили Разуваевы.
Высадив Тигру возле ее подъезда, я поехал к себе. Мне уже ясно было, что директорская дочка вляпалась в какую-то доморощенную секту. Вряд ли это были баптисты. Конечно, я о них почти ничего не знаю, но мне кажется, что у тех все устроено как-то иначе. Ведь баптистская церковь — та же христианская, только со своими закидонами. А здесь явно что-то самопальное. И откуда только взялся в здешних палестинах этот самопальный Учитель? Как бы там ни было, надо эту шоблу разгонять.
Нефиг народ дурить. Чую, подвязавшись на ниве божьей, Учитель этот скоро богатеть будет.
Сегодня мне не удалось поужинать, так сказать, за чужой счет — не объедать же семью, которая живет на одну зарплату? Правда, Борисовых я тоже объел, но во-первых, они мои родичи, хоть и не знают об этом, а во-вторых, им-то уж я точно расходы компенсирую с лихвой. Так что пришлось поужинать тем, что завалялось в холодильнике.
А утро субботы я опять начал с пробежки, а потом подъехал к «Литейщику».
Там меня встретила счастливая Ниночка. Она, оказывается, уже вплотную пообщалась с нашим режиссером, Женей Красильниковой, и та ее утвердила на роль доны Оканы. Ну и хорошо!
Отработав занятие в секции, я заскочил в ресторан, чтобы пообедать. До посещения молельного дома или как это там у них называется, оставалось еще несколько часов, и я решил потратить их с пользой. Попросту проехался по магазинам, накупил разного и помчал к Борисовым.
