С Вершковой мне гулять расхотелось. Я, как и всякий мужик, собственник по натуре. Если девка к ластится, пусть он ее и гуляет.
Меня сейчас куда больше интересовала причина откровенности товарища Серушкина. Что это? Очередная проверка или банда решила затянуть мне петлю на шее, чтобы уже не рыпался? Вот уж об этом я с удовольствием доложу Витьку, коль он сам напрашивается. Я сел в автобус, который развозил по домам смену, и доехал на нем до центра, а оттуда пешком добрался до дома, где живет Курбатов со своей конспиративной женой.
Дверь мне открыл сам трудовик. Чему я удивился.
— Привет! — сказал я, когда он впустил меня в прихожую. — А где Фрося?
— Виделись уже, — буркнул он. — А ты ко мне пришел или к ней?
— Шутить изволите?
— Ну а что, ты теперь холостой…
— Ладно тебе… — хмыкнул я. — Я у друзей женщин не отбиваю…
— К твоему сведению — она замужем и у нее трое детей.
— Умолкаю-умолкаю!
— Ну, рассказывай, зачем пришел?
— Что, даже чаю не нальешь?
— Так разувайся, что стоишь?.
.
— Короче, Витя… Только что состоялся мой разговор с гражданином Серушкиным… Я думаю, тебе не надо объяснять кто это?
— А-а, замдиректора швейной фабрики по сбыту!.. — кивнул Курбатов. — Ну и что он тебе предложил?
— Стать курьером. Возить за две штуки из Москвы те самые лейблы!
— Вот черт!.. И ты согласился?
— Сказал, что подумаю.
— Осторожничаешь?.. Ну и правильно. Не спеши с ответом. Однако помни, что это наш шанс узнать ответ на главный вопрос!
— Я понимаю, — сказал я.
— Потому и сообщил тебе.
— Молодец! — похвалил меня трудовик. — До чая так дело и не дошло, я не стал рассиживаться, трудовик протянул мне руку:
— Ладно! До завтра!
— Пока.
Он запер за мною дверь, и я поплелся к себе. От судьбы не уйдешь. Сколь бы я ни молчал о гражданине Арабове, истина все равно всплывет. Значит, мне надо не прятаться от проблем, а идти им навстречу. Сам же учил Серегу. Хреновый тот учитель, который не следует собственным советам.
Вскрыть канал поставки лейблов, но вывести из-под удара будущего-бывшего тестя. И сделать это придется в первую же командировку. Потому что второй, скорее всего, уже не будет.
Приняв это решение, я сразу повеселел. Со мною так всегда бывает. Неопределенность оставляет в душе муть, а стоит принять решение, и все становится на свои места. Вернувшись домой, я поел, что отыскал в холодильнике, потом завалился на диван с томом Диккенса.
