Да вот только тело у нас одно на двоих и тот прибор, что отвечает за контакты с женским полом — тоже…
Однако сейчас этот прибор, как и весь прочий организм, не встанет даже при большом желании обладателя… И уж точно до школы не доберется… Накажут за прогул?.. Пусть наказывают… Мне бы сейчас пивка… Что угодно отдам за «Жигулевское», хоть за тридцать одну копейку, хоть за рупь двадцать… Мой мутный взор, блуждая по комнате, добрался до стола и — о, чудо! — узрел батарею… банок… Да ну на фиг! Обыкновенных жестяных пивных банок… Правда, какого именно бренда, с койки разглядеть не получалось — я видел только красные и желтые пятна…
Собравшись с силами, спустил ноги с койки, приподнялся, дотянулся до крайней банки, схватил ее и… не нашел привычного колечка-открывалки, но мне было не до размышлений на тему эволюции пивных банок, я схватил столовый нож и пробил крышку в том месте, где чуть-чуть уголком продавлена жесть.
Чпокнуло. Полезла пена. Я тут же припал к отверстию запекшимся ртом и тянул-тянул-тянул горьковатую прохладу, покуда банка не опустела.
За ней последовала вторая… После третьей я почувствовал себя более менее сносно…
Возникли другие потребности. Я выполз в коридор. Там оказалось довольно людно и шумно. Хлопали двери. Другие обитатели общаги сновали туда сюда. Кто — с кастрюлей, из-под крышки которой пробивался пар. Кто — с молотком в руках. Со мною здоровались и сочувственно кивали, понимая мое состояние. Выйдя из сортира, где помимо прочего, окатил голову холодной водой из-под крана, я обрел способность хоть как-то анализировать действительность.
Почему так людно на этаже?.. Может, рабочий день уже закончился?.. Притормозив паренька в коридоре, который тащил пару табуреток, я спросил:
— Слышь друг, чё-та я не соображу, какой день недели?..
— Так вторник же!
— А чё никто не работает?
— Почему не работает?.. — удивился тот. — Дневная смена вкалывает, а мы — в восемнадцать ноль-ноль приступаем.
— А сейчас сколько?
— Почти час…
— Спасибо!
— Не за что!.. Счастливо опохмелиться!
Надежды мои, что сегодня выходной, не оправдались… Завтра Шапокляк меня с потрохами сожрет… А военрук решит, что я от него прячусь… Ничего не оставалось, как вернуться в комнату, чтобы накатить еще пивка.
Сграбастав банку, я обнаружил записку, которую сначала не заметил. Развернул."
"«Саша, доброе утро! Опохмелись пивом. А когда проголодаешься, у тети Груни (вахтерши) в холодильнике судки с горячим и холодные закуски. Лизонька собрала. О работе не беспокойся.
