Я обернулся, в полосе света посреди коридора, у окна в свежеокрашенной раме, светилась та самая блондинка. Она замерла, картинно изогнув спинку, отчего тесная юбка натянулась на упругих ягодицах. Казалось, черная ткань сейчас лопнет.
— Как вы себя чувствуете? — улыбнулась училка.
Хм… А может, все-таки выдержу я три года здесь? А?..
Глава 3
Подкатываю.
— Великолепно, — отвечаю. — Простите, я тут у вас новенький, имени отчества вашего пока не запомнил.
— Людмила Прокофьевна, — пропела блондинка.
— О, совсем как в «Служебном романе»! — проявил я эрудированность в советском кино.
Хорошо хоть что-то помню.
— Да, — зарделась училка. — Мне все так говорят!
— Но! — Я воздел указательный палец и ее взгляд застыл на мне. — Вы гораздо симпатичнее персонажа!
— Спасибо! — Людмила Прокофьевна сделалась совсем пунцовой. — Вы сейчас в общежитие?
— Да, — признался я, — только дороги туда не помню. Я тут совсем недавно.
— Это ничего, я вас могу проводить.
Ого… В голове мелькнули приятные «пошлости». Неужто — до самой комнаты? К такому развитию интимных событий я привычен, но вот чтобы так сразу, в одна тыща девятьсот восьмидесятом сразу после пули в башку, полученной от голой чиксы в две тысячи двадцать третьем?.
. Не слишком ли круто⁈ Но плохо я знал местные нравы. Честно говоря, я их вообще забыл, хотя когда-то жил в этом времени. Второй раз в одну реку вошел…
— Правда, мне на Ленина, а вам — на Красногвардейскую, но это рядом, — продолжала Людмила Прокофьевна.
Многозначительно киваю, будто врубаюсь в тему, хотя где эти улицы — понятия не имею.
Мы движемся вдоль длинного и унылого, как устав караульной службы, школьного коридора. Окна вымыты. Двери классов, пол, стены — все сверкает свежей краской и пахнет скипидаром. Сразу видно, что школу подшаманили за лето. Только все одно — тоска. Хм, а я ведь еще помню «школьные годы чудесные», хотя лет сорок прошло с тех пор, когда я последний раз шатался по такому вот коридору. Пялился на ножки сверстниц и молодых училок, курил за углом и ненавидел завуча.
— Давно вы работаете в школе? — продолжаю я светский треп, чтобы отвлечься от лишних пока воспоминаний.
— Семь лет, — отвечает. — Сразу после педучилища.
— И у вас это… с детства?.. Ну… сеять разумное, доброе, вечное?..
— Вы имеете в виду — желание стать педагогом?.. Нет, что вы!.. Я на биофак МГУ поступала, но по конкурсу не прошла…
Ага, значит, она биологичка… Взгляд невольно задержался на выпуклостях ее юбки. Не идет, а пишет.
