Правда туда двинем?
В последней фразе ощущалось некоторое сомнение и скандинав, поймав мой вопросительный взгляд, угрюмо усмехнулся.
— Ты же там не бывал, наверное, да?
Я отрицательно качнул головой и тот вздохнул.
— Много очень старых особняков да дворцов. Силой напитанных. Ты вот говорил, что в Пекине много божественной мощи почувствовал. Как думаешь, сколько её в Москве окажется? И как её штурмовать, ежели владельцы всех тех дворцов да особняков, на стороне Даниила окажутся?"
"Вопрос был неплох, но подобные мысли по поводу старой столицы, у меня бродили давно.
В конце концов, Петербург был построен через приличное время после гибели богов. Логично, что основная часть силы сконцентрировалась в городе, который появился раньше. Безусловно, какое-то количество алтарей переместилось в новую столицу. Но стены пропитанные божественной мощью и сами по себе, являющиеся артефактами, просто там с места на место не переместить. Особенно, если речь не просто о стенах, а о сложной, многокомпонентной системе, в которую включено множество артефактов.
Да и не всем нравилась идея оказаться под боком Рюриковичей, которые в случае чего, могли сходу ударить по родовому гнезду. К тому же, во время попытки переворота, который устроил канцлер Пётр Романов, московская знать предпочла выждать. Взяла нейтралитет, полагая, что раз «эти» наворотили там, в новой столице на Балтике невесть чего, то пусть сами все эти проблемы и разгребают. А они сами, может и вмешаются. Но только если к ним кто от них явится, в ноги поклонится, да молить о поддержке станет.
Потому, когда Рюриковичи одержали верх, как-то так получилось, что солидная часть старых боярских родов, не получила титулов по новой системе, которую мятежный глава правительства, как раз перед своим бунтом и собрался вводить. Скорее всего тоже хотел использовать, чтобы отсечь знать и разделить её на две части.
А потом оказалось, что и земли в северной столице на всех не хватает. Не выходило у старых боярских родов прикупить там участок, чтобы дом поставить, где можно было бы останавливаться на время визита.
Те же, что уже стояли, то и дело уходили в небытие. То горели, то какие-то нарушения при строительстве находились, то вдруг погибал бродяга под стенами какой, с точки зрения Третьего отделения, могущий оказаться связным неизвестных заговорщиков. А дом оказывался едва-ли не местом преступления, куда до конца следствия являться было запрещено. Ещё и защиту артефакторную снять, предписывалось.
