А что я могла ей ответить? Дождусь мужа, предъявлю ему доказательства его измены, а потом подам на развод? Мне попросту нечего было сказать, кроме этих жутких слов, которые были настолько убийственными, что мне казалось, будто я перестала уметь дышать.
– Я… не знаю, Валь, – ответила, горестно всхлипнув. – Надеюсь только, что это всё какая-то шутка. Может, Тим тайно снимается в рекламных роликах, просто боится мне об этом сказать?
Я нервно хихикнула и в этот момент из глаз брызнули слёзы. Валентина забрала и отложила планшет, протянула мне пачку бумажных платочков.
Потом походила туда-сюда по нашим крохотным квадратным метрам, после чего решительно воскликнула:
– Ну уж нет! Так просто этому козлу с рук сойти ничего не должно!
Она устроилась напротив, закинула ногу на ногу и добавила уверенно:
– Как только он вернётся, ошарашь его новостями! Соври, что всё это время ты не говорила ему про то, что в лаборатории уже сделали эмбриончиков и один из них подсадили тебе.
Она воодушевилась настолько, что чуть не упала со стула, когда подалась ко мне и закончила свою тираду:
– Представь, он возвращается из «командировки», а ты ему прямо в лоб: «Дорогой, я беременна!»
Я смотрела на Валю, как на пришельца.
Неужели она это серьёзно? Ведь если Соловков мне действительно изменяет и настолько грязно и подло меня предал, то единственное, что мне нужно сделать – предъявить ему, что я всё знаю, а после потребовать развода. И раздела имущества, которое, кажется, у нас весьма приросло, о чём в курс меня не ставили.
– Нет, это глупости, – помотала я головой. – Или хочешь сказать, что он поступил низко, а я должна ему соответствовать?
Я воззрилась на пожавшую плечами Валентину. Ей-то что… У неё на голове не красуется ветвистых рогов, вот она и выдумывает то, через что ей самой проходить не придётся.
– Лучше, что ли, этой молоденькой швабре мужа отдать? – задала она вопрос, на который ответа у меня не было.
Я, конечно, подозревала, что рано или поздно подобное может со мной случиться.
Тим засматривался на других женщин, причём делал это при мне. Абсолютной нормой, с которой я в итоге смирилась, стал тот факт, что Соловков мог в моём присутствии флиртовать с другой. А уж его разглагольствования о том, что мужчина полигамен, потому что может оплодотворить сразу нескольких «баб», пока жена вынашивает одного, рожает, кормит и приходит в себя, и вовсе набили мне оскомину."
"Но у нас был хороший брак.
