– Чудо мое, что ты здесь делаешь? Почему не у нас в номере? И где Анфиса, не в курсе?
– Меня бабуля в гости пливела к Вите с Лясей. Мы иглаем. А Анфису нет, не видела, – скисла мордашка, – я по ней тозе соскусилась. Она к нам плидет?
– Надеюсь. Так, Ник, а сама она… бабуля, где?
– Скасала, что пойдет в бал, выпить кофе.
– М-м. Кофе в семь часов вечера?
Мы с Лехой переглянулись.
С матерью моей он был немного знаком, и думаю, мы оба в этот момент задались вопросом: интересно, на кого из барменов матушка глаз положила в этот раз? Уж не на Бадди ли Ветровой? А вот где сама Ветрова – понятней не стало.
"
"– Класиво я налядилась, папуль? – взмахнуло ресницами, подведенными синей тушью, мое чадо. Пошатываясь, крутанулась вокруг своей оси. В длинном (для нее, разумеется) салатовом платье из этой мелкой блестящей фигни, которая, кажется, называется пайетки. В туфлях на шпильке на добрый десяток размеров больше ее ножки и с пышным начесом светлых кудрей на голове.
Аж сердце, мать его, прихватило! Еще десяточек лет, и ловить буду в окнах в убойном мини, выползающую на очередную тусовку.
– Просто сногсшибательна, Ник.
Две другие чудо-выдумщицы были не менее изобретательны. В юбках не по размеру и топах, которые на них сидели как футболки. Красовались друг перед другом, довольные, как нашкодившие котятки.
Все это великолепие девчонки явно вытащи из гардероба Лехиной жены. Которая, судя по всему, была совершенно не против такого кощунства над брендовыми шмотками. Кэм бы давно уже закатила истерику и волосы на голове рвала.
И своей и моей.
Признаю, смотря на эту шальную троицу, было тяжело не заржать. Держался я из последних сил. И мне вообще не стыдно. Зачем еще дети, если над ними не умиляться и не потешаться?
– Вы все очень красивые, девчонки. Вас теперь из номера страшно выпускать.
– Причем в прямом смысле этого слова, – вставил свои пять копеек Рысев.
Из горла вылетел хрип. Леха и подавно вовсю над детьми гоготал. За что мы оба локтями по ребрам и получили от Ланы.
Хотя сама она тоже была на грани и прятала смех за кашлем в кулак.
– Мужчины, – махнула рукой жена Рысева, – ничего не понимают в красоте.
– Вы куда-то собираетесь, такие нарядные? – присел я на корточки, придерживая дочь в туфлях, чтобы, не дай боже, не навернулась.
– У нас сейчас будет показ мод!
– М-да?
– Мхм, а потом мы так подем в лестолан. Мозно, папоська?
– Можно, но лучше не нужно, – сказал я аккуратно, чтобы не обидеть шпану.
