— Ну, если кири пожелает, мы всегда можем это сделать, — откликнулся ректор. — Возможно, магистра все устраивает, и она не желает доводить дела до суда, это ведь получится весьма громкий скандал, о котором наверняка напишут в газетах. После такого кири будет весьма затруднительно вернуться в ее маленький городок, где наверняка все обо всех в курсе, да и Мелард Боргвен будет еще больше обижен. В академии же сама магистр Скаэлс вроде бы не собирается навечно задерживаться. Магистр, а что скажете вы сами? Если хотите, судебное дело начнем хоть сегодня.
— Н-нет. Извините. — Поднялась со стула. — Мне нужно подумать. Можно я пойду?
— Конечно, идите, — по-доброму ответил мне ректор. — А мы тогда с коллегами посоветуемся, как лучше решить ваше дело. Вы меня тоже извините, Амалета, но ваш жених ведет себя недостойно.
У меня опять глаза на мокром месте. Я здесь всего ничего, а за меня так вступаются. Конечно, у академии наверняка в этом есть свой интерес, но все равно очень приятно.
А вот Мелард меня крайне разочаровал. Не ожидала подобного. Какими бы ни были обстоятельства, поступать со мной так, а потом угрожать и запугивать — крайне некрасиво, думаю, поговори Боргвен со мной, и все было бы иначе. Скорее всего отработала бы до конца семестра и ушла, а теперь не хочу, да и боюсь.
Выйдя из приемной в коридор, была изумлена тем, что меня окружили. Меня фактически взяли в плотное кольцо хмурые студенты. Их тут целая толпа. Нашла взглядом и Харта, и Бьерна, и даже Этальби.
— Что случилось? — растерянно интересуюсь я у присутствующих, всерьез раздумывая, а не вернуться ли мне в приемную.
— Это у вас что случилось, магистр? — роль парламентера взял на себя Бьерн. — Вас за что-то ругали? Наказали? Увольняют? Если увольняют, мы тут же подадим петицию и соберет подписи против этого.
Настроение пусть немного, но повысилось.
— С чего вы решили, что меня увольняют?
Ответа не получила, а потому поинтересовалась:
— Можно я пройду, мне нужно подготовиться к лекции.
Об увольнении речи пока не идет.
— Что значит «пока»? — дружно взвились студенты.
— Ну… все же временно, ничего вечного нет. Пока вы студенты, пока я преподаватель, пока мы все живы и здоровы… — Так, что-то меня на мрачное потянуло. Все Мелард. Парни так и вовсе стали выглядеть задумчиво после моей философской импровизации.
Удалось, наконец, выскользнуть из плотного кольца студентов, правда, ненадолго.
