Когда я наконец смогла хоть как-то прийти в себя и оторвать взгляд от необыкновенного и столь редкого зрелища, обнаружила себя в объятиях дракона. Харт сидит позади меня, обнимает крепко как руками, так и ногами, между которыми я сижу. Голову дракон положил мне на плечо. Рванула из непрошенных объятий так, словно меня ошпарили кипятком. Я не спорю, объятия у дракона теплые, приятные, но это совершенно не значит, что ему можно без спроса меня трогать. Да как он посмел?! Рэйген, к слову, меня удерживать не стал, я подскочила, чем напугала индервов.
Переливчатый рой дрогнул и замер.
— Извините, — зачем-то попросила прощения у бестий, которые вряд ли меня поймут. — Продолжайте. — На удивление, потревоженные индервы тут же продолжили свои танцы.
Я стою, не зная, что делать дальше. Луны почти не видно, ночь уже не такая темная, но не из-за луны — тьму постепенно сменяют предрассветные сумерки. Это что же, я всю ночь на бестий смотрела?
Ругаться с драконом невыгодно и опасно, это противоречит выбранной мной тактике, да и просто надо хотя бы в академию вернуться, а там уж при большом желании ругаться.
Подавила раздражение.
— И все же, — произношу я, глядя на все еще как ни в чем не бывало сидящего на траве дракона. — Почему ты привел меня сюда?
— Скажем так, я решил объяснить свою позицию и показать, что принимать глупые подарки от чужих, особенно цветы, это вульгарно. Вместо уничтоженного цветка ты получила целый пруд цветов, но при этом ни один не сорван, не завянет, навсегда останется в твоей памяти, ты никому и ничего не останешься должна.
Дракон красиво все говорит, конечно, но, видимо, я совершенно не романтичная натура, или я иначе воспитана. Во-первых, у меня создалось впечатление, что Харт просто красуется и захотел в некотором роде обыграть полевого эльфа. Во-вторых, сама прогулка разве не подарок? Пусть нематериальный, не стоящий денег, но все же дракон потратил свое время и силы, чтобы привести меня сюда. Ну и наконец сама теория нематериальных подарков кажется мне слабоватой.
Если бы Рэйген узнал про леденец в моей сумочке, то что, мы бы дальше полетели на шоколадную фабрику смотреть производство конфет?
Харт поднимается с травы.
— Летим обратно, — то ли спросил, то ли утвердил дракон и направился в кусты. На поляне Рэйген перевоплотился, и поскольку уже не так темно, я смогла рассмотреть цвет дракона.
— Изумрудный, — выдохнула я с восторгом.
Харт иронично на меня посмотрел, и его чешуя мгновенно стала антрацитово-черной.
