Астан настаивал, что перед приготовлением надо будущее блюдо расчленить, а Севридж, как истинный профессионал приготовления блюд на магическом огне, утверждал, что лучше сразу запечь и не мучиться. Мужчины так увлеклись обсуждениями, что не заметили поначалу моего появления. Я так поняла, столь необычное блюдо мужчины решили приготовить и скормить дракону.
В общем, после услышанного завтракать мне резко перехотелось.
Ректор подписал новый договор не глядя. Заметила, что мужчина как-то осунулся.
— Что-то в последнее время начинаю понимать, что устал. Подумываю с женой и внуками перебраться ближе к природе. До лета уж само собой поработаю, а там посмотрим, — как бы между прочим говорит глава академии, но поглядывает при этом Гийона.
Расстроилась. Ну вот, и ректора довели.
Как ни странно, но после последнего происшествия наконец наступило затишье, я бы даже назвала его подозрительным, но мне очень хотелось верить в лучшее.
Теперь букеты с цветами я нахожу везде, где только возможно: под дверью, подвешенными на окно, возле аудитории, в столовой за тем столом, где я обычно сижу, в аудитории.
Кирстан и лично не гнушается дарить мне цветы. В такие моменты кончики ушей и щеки эльфа мило краснеют. Я же начинаю всерьез подумывать об открытии цветочной лавки, посколько дома цветы уже не помещаются, а вянут как-то очень неохотно.
Дракон, глядя на все эти цветы недовольно фыркает, он не любит срезанные цветы, ему это кажется варварством.
Рэйген, к слову, теперь чуть ли не каждую ночь зовет меня полетать, и я не могу ему отказать, потому что полеты вдруг стали частью меня. Не знаю, возможно смерть на меня так повлияла, но этой самой смерти я как-то меньше стала бояться, а вместе с этим страхом прошел и страх высоты. Я стала по-настоящему наслаждаться новой подаренной мне жизнью и с каждым разом наши с Рэем полеты становятся все изощреннее и опаснее, а заканчивается они либо на одной из крыш академии, либо в каком-нибудь живописном местечке, где мы просто общаемся, дракон больше ничего не скрывая, рассказывает мне о своем доме, островах, их жителях, и делает это так завораживающе, словно сказку о волшебном месте, по которому действительно сильно тоскует, что у меня самой появляется желание посетить столь замечательное место.
Рэйган после наших ночных полетов стал смотреть на меня иначе, с каким-то искренним восторгом. Мне кажется.
