Попробуйте представить, что будет, если мы пойдем вашим путем. Мы приходим к матери Сокольникова, задаем вопрос, она отвечает, что не помнит имени, какой-то журналист, или адвокат, или депутат, или правозащитник, или одноклассник, или она вообще его не знает. Это в лучшем случае. В худшем же она называет нам имя, но оно оказывается липовым, а в самом худшем варианте через полминуты после нашего ухода звонит ему и сообщает, что мы приходили и интересовались. Человек начнет беспокоиться, нервничать, и кто знает, чего еще он удумает? Пока что ему кажется, что все идет, как он задумал, по его плану, по его схеме.
Разговор с вами в кафе и слова, сказанные мне на перекрестке, – вещи совершенно невинные, я даже испугаться не успела, а вы-то и вовсе обрадовались. Он дергает за ниточки – и мы послушно поворачиваемся в нужную сторону. Он умный, чертовски умный, Петя. Он легко и с блеском проделал свой фокус, заставил нас пойти к Лёвкиной и убедиться, что она и ее дружок Гусарев – это не то направление, по которому интересно идти.
Манипулятор хочет, чтобы мы шли в другую сторону, только я не могу сообразить пока, в какую именно, поэтому не хочу делать резких движений. Если он поймет, что схема не работает, то может пустить в ход более тяжелые орудия. Нам это надо?
– Я понял. А вскрытые квартиры и розы? Они тут при чем?
– Не знаю. Может, и ни при чем. Но я не люблю совпадений, не верю в них, они меня нервируют. Я знаю, что они бывают, и довольно часто, но предпочитаю сначала проверить, случайность это или нет.
Настя посмотрела на часы.
– Время идет, а мы все разговоры разговариваем. Дело не двигается. Давайте работать, Петя.
* * *Настя примерно представляла, что именно хотела найти. Где-то в первом томе были показания свидетеля, видевшего из окна, как в июне Сокольников ночью уезжал на своей машине. Следователь, как и полагается, давал участковым и оперативникам задание на поквартирный обход с целью выявления возможных свидетелей. Может быть, кто-то слышал крики из квартиры, где проживали Сокольников и Даниловы? Может, кто-нибудь видел, как по лестнице тащили трупы? Прошло два с половиной месяца, и крайне маловероятно, что люди смогут указать точную дату, но пусть бы припомнили сам факт.
Однако поиски ничего не дали. Ни криков, ни «габаритного груза». Разве может один человек, не имеющий специальной подготовки, совершить три убийства тремя разными способами с такой скоростью, так молниеносно, что никто и пикнуть не успел? Сомнительно.
