Она представилась согласно процедуре, и он, открыв бронированную дверь, провел их в обширное помещение, в стены которого были вмурованы сейфы разных размеров."
"Озадаченный Арпад следовал за женой. Служащий остановился перед сейфом, вставил ключ в одну из двух замочных скважин и незаметно удалился. Софи достала из кармана второй ключ и повернула его в замке. Потом распахнула дверцу сейфа и отошла в сторону, чтобы Арпад увидел, что лежит внутри.
Он потерял дар речи.
— Ну а теперь объясняй. — Арпад рухнул на стул.
Они были в кабинете Софи. Можно было наконец поговорить наедине, вдали от чужих ушей. С тех пор как они минут пять назад вышли из банка, оба не произнесли ни слова. Они как будто старались не дышать те несколько сотен метров, что отделяли «Креди Сюисс» от конторы Софи. В этом молчании воплотился и шок Арпада, и масштаб тайны Софи.
Софи между тем как ни в чем не бывало расставляла на столе коробочки с суши. Но Арпаду было не до еды. Он мог думать только об одном: о пачках банковских купюр, которые видел в сейфе.
Сотни тысяч евро, может, миллион, если не больше. Софи, понимая, что пора все рассказать, села рядом с Арпадом и взяла его за руку:
— У отца накопилась огромная черная касса. И от ресторанов, и от операций с недвижимостью. Я догадывалась, потому что он всегда платил наличными. Вот ты когда-нибудь видел его с кредиткой?
— Нет, — признал Арпад; перед его глазами сразу возникла фигура Бернара, достающего из бездонных карманов купюры.
— Я подозревала, — продолжала Софи, — но никогда не задавала вопросов.
До самой нашей свадьбы. На следующий день отец поговорил со мной наедине.
— Помню. Вы ходили вместе ужинать.
Софи кивнула:
— Он сказал, что хочет сделать нам хороший подарок, помочь нам с тобой устроиться в жизни, но на счету у него не так уж много. Зато припрятаны большие деньги. Он попросил меня, как только я вернусь в Женеву, арендовать банковскую ячейку. Я арендовала. Спустя несколько недель они с матерью заезжали в Женеву повидаться с нами.
— Да, мы ездили на денек в Грюйер, — вспомнил Арпад.
— Это был только предлог. Они приезжали отдать мне деньги. Отец хотел сам провезти их в Швейцарию, чтобы я не пересекала границу с такой суммой.
— И что? — спросил Арпад.
— И то, что теперь эти деньги больше года пылятся в сейфе, а я не знаю, что с ними делать.
— Почему ты мне сразу не сказала? — Арпада задело, что его не посвятили в тайну.
— Сама не знаю. Боялась, что ты не так поймешь. Не хотела, чтобы ты судил отца.
