— Вам необходимо отбиться, капитан, чтобы все было по-настоящему…
— Да я уже едва соображаю, Хольмер! Я уже не в себе!
— Напомню, капитан, что мы стремимся к достоверности, а на момент нападения стритмодулей на капрала Стентона он находился в полуобморочном состоянии. Об этом свидетельствует доклад лейтенанта Хирша, который первым установил с ним контакт. Так что сейчас самое время. Итак, Горский, огонь! Стриты наседают, огонь!
И контрразведчику пришлось крутануть кабину и сделать несколько длинных очередей, имитируя обстрел воздушных мишеней.
— Отлично, коллега! — воскликнул Хольмер. — Кажется, два из них загорелись!
— Смейся, Хольмер, смейся…
Спустя час обе машины вернулись в парк, и, как только кабина «грея» опустилась, обессиленный Горский вывалился на руки подоспевших механиков.
— Ведите его в ангар, — скомандовал сержант Брике, и механики потащили Горского на заплетающихся ногах.
— Почему… Почему ты сказал… что полчаса? Почему? — словно в бреду повторял капитан. — Оно… Они все еще… работают…
С капитана сняли китель, спустили брюки, и сержант Брике быстрым профессиональным движением сдернул куски горчичного пластыря.
— О-о-о-о! — взвыл Горский и весь выгнулся дугой, удерживаемый двумя механиками.
— Сейчас будет легче… — пообещал Брике и стал распылять на покрасневшую кожу охлаждающий спрей."
"— О да!.. О да!.. Еще… еще… — требовал контрразведчик, и на его лице появилась улыбка, а из глаз покатились слезы. — Вы чуть не уничтожили меня, Хольмер… Подонок Хольмер…
— Мы всего лишь стремились к достоверности, коллега, теперь никто не посмеет сказать, что вы отнеслись к расследованию кое-как.
— О да! — кивнул Горский и начал одеваться. — Полное, так сказать, погружение…
Он сам, без посторонней помощи вышел во двор, огляделся и вдохнул полной грудью.
— Хорошие тут у вас места, капитан Хольмер. На редкость живописные для военного городка.
— Мы тоже это отметили, капитан. Ну что, чего-нибудь покушать?
— Нет, лучше пойду к машине. Все, что нужно для отчета, я уже получил, осталось лишь вернуться в управление, и дело в шляпе.
68
Шагая в сопровождении Хольмера к офицерскому корпусу, Горский неожиданно остановился, и на его лице засияла радостная улыбка.
Хольмер проследил его взгляд и увидел кота Ренегата, который метил территорию у заборчика.
— Любите кошек?
— Не всех, но этот мне дорог.
— В каком смысле?
— Открою вам маленькую тайну, капитан, в отделе расследований я относительно недавно, всего полгода.
