— Ну как там, Берт, порядок? — спросил Хольмер, подходя к этой группе.
— Так точно, сэр. Только что вывели регулировки под ноль, чтобы вашему коллеге было удобнее, — никаких персональных настроек, все как на стандартной учебной технике.
— Вот и отлично. Опускайте кабины.
Кабины роботов стали опускаться, но тут Хольмер, как будто о чем-то вспомнив, повернулся к Горскому:
— А ведь мы забыли еще одну деталь, капитан…
— Какую? — настороженно спросил тот.
— Давайте зайдем в ангар. И вы, док, идите за нами.
Из группы собравшихся вышел сержант медицинской службы с небольшим чемоданчиком в руке.
— Что это значит? — спросил Горский. Перед его мысленным взором замелькали картины одна ужасней другой.
— Вам придется раздеться, сэр, поэтому лучше сделать это в ангаре…
— Ах вот как?
Горский посмотрел на Хольмера, тот кивнул.
— Это нечто вроде медицинского осмотра, для того чтобы повысить достоверность моделирования ситуации. Мы же с вами за достоверность, правильно?
— Ну хорошо, идемте… — сказал Горский и проследовал за неуемным Хольмером.
Они вошли в ангар, где горел свет. Хольмер остался сзади, притворив дверь, а сержант-медик указал Горскому на кусок чистой фанеры:
— Раздеваться не придется, сэр, оголите торс и спустите брюки.
— Что все это значит, Хольмер?! — воскликнул Горский.
— Видите ли, коллега… — Хольмер подошел к контрразведчику и положил ему на плечо руку. — Чтобы достоверно смоделировать ситуацию, нужно максимально приблизить вас к тому состоянию, в котором тогда находился капрал Стентон.
А Стентон на тот момент сбежал недолеченным, имея… Сколько там у него шкуры-то содрало, док?
— Четыре квадратных дециметра, сэр.
— Вот. Четыре квадратных дециметра потерял Джек Стентон, пока взрывная волна тащила его по песку. Разумеется, с вас, коллега, мы сейчас шкуру сдирать не будем, но сержант Брике приготовил что-то вроде имитатора. Что там у тебя, док?
— Горчичный пластырь, сэр.
Ровно четыре квадратных дециметра, — объявил сержант, доставая из чемоданчика ламинированный пластырь. — Действовать начинает через пятнадцать минут после приклеивания. Работает полчаса.
— Полчаса? — переспросил Хольмер и покачал головой. — Боюсь, полчаса маловато. Все же мы имеем дело с офицером контрразведки…
— Полчаса достаточно! — воскликнул Горский. — Теперь я понял, в чем смысл процедуры, так что давайте лепите и пойдемте уже в кабину.
