Корчит рожицы, цепляется за бортик — в общем, капризничает по полной. Приходится самому её схватить и как следует пополоскать в бассейне. В утончённом голубом облике она совсем лёгкая, скользкая, как рыбка. Брыкается, извивается, пытается даже цапнуть зубами, но укусить не успевает. В конце концов сдаётся, повисает без сопротивления в моих руках попой кверху и, фыркнув, всё-таки вылезает."
"Через часик в бане собирается разнорасовая мужская компания. Да ещё и с неплохой выпивкой, которую каждый принёс.
В бане стоит такой жар, что стены словно потеют.
Пар клубами поднимается вверх, собирается под потолком и медленно стелется вниз, накрывая нас густой дымкой.
Когда остаёмся с турбо-пупсом вдвоём, я беру ковш и подливаю воду на камни. Они шипят, выстреливая новым облаком жара. Глядя на Лиана, задаю вопрос:
— Слушай, а за что Хоттабыч так не любит нашего Грандбомжа?
Лиан уже подвыпивший. Слова у него выходят сонно, язык заплетается:
— Кого не любит… и-ик?
— Принца Кровавой Луны, по-вашему.
— А.
Так Принц вообще-то многих кого убил, говорят… даже одного родственника Председателя. Ну, дальнего, не кузена даже. Но всё же родственника.
Я фиксирую услышанное:
— Понятно.
Но Лиан уже не держится. Турбо-пупса первым разморило, да ещё и градус внутрь он порядочно принял для своего веса. Мелкий тысячелетний альв уже чуть ли не засыпает. Видно, организм не выдерживает такого напора.
Приходится аккуратно поднять мелкого и перенести в предбанник, чтобы не перегрелся. Там он растянулся на лавке и сразу захрапел, как паровоз.
М-да, вот тебе и малыш.
А тут уже и Одиннадцатипалый и Зар зашли. Спустя немного времени и Зар сдался. Хоть он и прожил сотни лет, банный жар взял своё. Лорд-дроу крякнул, проворчал что-то невнятное и ушёл в предбанник, решив охладиться в бассейне.
В итоге в парилке остаёмся только мы вдвоём — я и Ледзор. Пар густой, жар в кости. Всё вокруг словно в молочной дымке, полки дрожат от жара. Мы с Ледзором сидим напротив друг друга, распаренные, расслабленные, каждый со своей кружкой пенистого.
Ледзор неожиданно выдаёт:
— Знаешь, граф, а я ведь тоже королевской крови, хо-хо.
Я приподнимаю бровь и ухмыляюсь:
— Рад за тебя, Одиннадцатипалый. И раз уж заикнулся, давай подробнее.
Гигантский бородач кивает, откидывается на горячую стену:
— Да тут всё просто. Мы, морхалы, когда-то были большим северным королевством. Жили широко, шумно, пока финны не разрослись и не прижали нас. А потом… стали мы вымирающим видом.
