Котенок в его руках жалобно запищал, видимо находясь в таком же шоке от происходящего.
Ему было страшно выйти. Страшно, что его заметят. Он знал, каким отец бывает в гневе, и не хотел его злить.
Малыш знал, что его ремень всегда на готове, стоит только дать повод.
Он закрыл глаза, прислушиваясь к жутким звукам, которые издавали его родители.
Мама кричала. Ей было больно.
«Почему она ТАК кричит?! Что он делает? А если…он убьет ее?» – Кай не знал, что ему делать. Глянув одним глазком, он увидел еще более жуткую картину.
Его мамочка была покрыта синяками. Он сглотнул.
– ХВАТИТ! ПЕРЕСТАНЬ! О да, Уилл… – он не понимал, как маме может нравиться то, что отец делает с ней. Это выглядело, как убийство, которое он видел по телевизору. Однажды. И мельком.
– Я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя, – вдруг начала выкрикивать мама, и Кай впал в настоящее замешательство.
Я люблю тебя.
Это именно те три слова, которые мама говорила ему перед сном. Она говорила их и папе иногда, но обычно это случалось, когда он дарил ей цветы и подарки.
Он видел, как они ругались прежде. И она кричала, что ненавидит его. Кай знал, что любовь – это хорошо. Ненависть – плохо.
Но сейчас они ругались, а мама все равно любила его.
Мальчик ничего не понимал в этом мире.
Малышу хотелось защитить Ханну, потому что он увидел капли крови на полу. Ее ноги были в крови. Ее губы.
Мамочка…
Ну зачем ты так, папа…?!
– Нет, Уилл! Нет! Нет! Это правда «НЕТ»! Уилл, это не ты! Вернись ко мне! Уилл, не надо! Опять?! Нет, нет, все же закончилось… – вдруг закричала она, и снова что-то упало.
Кай не выдержал.
Он выполз из тени, и даже страх перед ползучими тварями не остановил его.
Мальчик вышел в центр амбара и закричал:
– Папа! ОТПУСТИ МАМУ! – и когда его отец Уилл Стоунэм обернулся, он смотрел на него особенным взглядом.
Кай сразу узнал его.
Уилл смотрел на него так, будто Кай не был его сыном. Будто он и вовсе не знал этого ребенка.
То, что было дальше…Кай не запомнил. Запомнил только то, что с того дня у него начались провалы в памяти.
Но у него был Деймон. Его лучший друг, его плоть и кровь. Деймон всегда прикрывал его провалы в памяти и перед родителями.
Деймон был для него всем. Он всегда был рядом.
С ним он мог разделить боль, о которой не помнил. Но Деймон знал, что произошло. Он все видел…
Лейла
Во сне мной овладевала гармония. Легкость. Если там и были кошмары, то они куда безобиднее реальности, которая поджидала меня, когда я открывала глаза.
