Только Кай может так до боли сжимать мой подбородок и при этом до безумия нежно посасывать губы и язык…
– Киса, это ты такая сладкая, – выдыхает он, когда мы оба уже не можем дышать от поцелуев. Внутри у меня все саднит. Но это не та боль, что была со мной после насилия…я просто чувствую его внутри, даже когда его нет.
– Но запомни, – он хмурится. – Я чертовски зол. И с ублюдком-Эндрю будет разговор отдельный. Тебя спасло только то, что я видел, как все произошло. КАКОГО черта ты вообще перед ним так извивалась?! Убью его, на хер.
А ты будешь наказана.
– Боже, что ты такое говоришь… – закрываю лицо руками, не веря своим ушам.
– Леа, я все уже сказал. Я не прощаю предательств и НИЧЕГО не забываю. Как не забыл и то, КТО ты, и где я тебя подобрал.
– Ну, что за наказание? Черная папка? Аукцион? Может, расскажешь мне, что меня ждет?
– Забудь о черной папке, на хрен. Никогда! Никогда к тебе никто не притронется, ни один из этих ублюдков, – Кай прижимает меня к себе еще крепче, и я схожу с ума от его нелогичности, от всех этих взрывающих мой женский мозг действий.
– Тогда что?"
"– Киса, у меня есть миллионы способов наказать тебя, и поверь, ты никогда не будешь знать о них заранее, – я уже не понимаю издевается Кай или говорит на полном серьезе.
Он, немного помолчав, говорит мне странную вещь:
– Есть некоторые стороны моей личности, которые не поддаются контролю.
– Я тебя не понимаю…
– Тебе и не нужно. Все, Леа, хватит болтать, – Кай встает с постели, я тянусь к нему.
Он берет меня на руки, чувствую, какое теплое и сильное у него тело. Я маленькая девочка. Его руки стали для меня миром. – Душ. Я бы не отказался еще от одного минета.
Я сглатываю.
– Насколько…насколько глубокий? – дразню его я, когда мы стоим в ванной. Закусываю губы, глядя на то, как струйки воды текут по стальным кубикам пресса моего мужчины. Сумасшедшая, но я хочу его съесть. Ему не придется заставлять меня сегодня.
Сегодня я хочу его сама. Целиком и полностью.
– Киса, ты стала плохой девочкой.
Ты не представляешь, как мне это нравится… – выдыхает он, потому что я опускаюсь на колени и обхватываю ладонями его теплые яички. Вбираю в рот, наслаждаясь его изможденными, хриплыми стонами.
Перехожу к его твердости, скольжу языком и сжимаю в ладошках.
– Киса, глаза на меня. Глаза на меня, ну же, – послушно поднимаю на него взгляд, и внутри меня все падает. Ох, это выражение его лица…переполненного сладкой мукой. И причина ей – я.
