– У тебя очень-очень много дел! Но ты всегда со мной, – она улыбается, когда Кай щипает ее за маленький носик. Звонко хихикает, ее голос подобен позвякиванию колокольчиков.
– Куда я без своего Ангела. Цель моей жизни – работать, чтобы задаривать тебя подарками, куклами. Хочу, чтобы у тебя было все самое лучшее, – шутит Кай, начиная ее щекотать. Она смеётся звонче, они проникновенно смотрят друг другу в глаза.
Такие идеальные отношения я видела только в рекламе хлопьев для завтрака…
– Твои мама с папой тоже делали для тебя все? – тихо интересуется она.
Кай слегка хмурится. Чувствуется, что родители для него больная запретная тема.
Слабое место.
Нужно запомнить.
– Мои родители любили меня по своему, как и твои. Это неважно…у тебя все по-другому. Я никому не позволю… впрочем, неважно. СПАТЬ, ангел. СПАТЬ, – уже давит он, я же чувствую, разговор о родителях заставил его поменять настроение. Но он не психует. Не психует…
– А что такое любовь? Все говорят, и я говорю…но я не могу определиться.
Не могу понять, что это значит.
– Ох, Ангел, ты меня с ума сведешь, – Кай задумался. У него на лице был такой взгляд…
Да он ничего не знает о любви, Ангел! У кого ты, черт подери, такое спрашиваешь?!
– Любовь разная бывает, Энджи. Любовь – это в любом случае то, что делает тебя лучше. И в то же время, это когда другой человек принимает тебя с некоторыми…твоими…плохими вещами, – Каю явно трудно объяснить то, что ему самому неведанно. Да еще и маленькому ребенку. – Я не знаю, как объяснить, чтобы ты поняла.
Но если коротко, рядом с тобой я лучше, чем я есть на самом деле. Сам не знаю ответа, тебе пора спать!
– Хорошо, надеюсь, мне приснится моя красивая фея, – девочка забирается под одеяло и Кай накрывает ее, целуя перед сном.
Я вспоминаю: «Только он так делает. Кто – он?»
– Ты меня замучила со своей феей, – фыркнул он, щелкая ее по носу. – Все, ангел, спать. Постараюсь навестить тебя, как только смогу. Не скучай и больше не ходи во сне…
– А ты меня любишь, Кай?
Я ждала его ответа, как ждут очертания миража в потерянной пустыне.
Мне казалось, воздух исчез не только в этом особняке, но и сгинул к черту со всей планеты.
– Конечно, я тебя… – он мешкает. Я слышу по дыханию, как ему сложно. – Люблю.
Люблю. Это дьявольское отродье только что заявило, что умеет любить. Да ты загубишь эту девочку…
Я хотела верить в его слова, хотела верить в то, что увидела, но я боялась, что это всего лишь часть от цельной картины.
