Третья дверь оказалась открытой, медленно потянула ее на себя, повернув ручку, заглянула внутрь, полумрак, но отчетливо слышен шум. Неуверенно зашла, прислушалась, где-то совсем рядом были слышны удары, мелькнула мысль, что здесь могут кого-то избивать, но других звуков слышно не было.
Прошла дальше, повернув направо, в помещении были душно, на полу стояли гири, гантели, какие-то тренажеры, черные маты. А в дальнем углу мужчина методично колотил руками, замотанными в белые бинты, грушу.
Руслан.
Спортивные брюки низко сидели на талии, крепкая широкая спина блестела от пота, он был сосредоточен, Вике казалось, что он не замечает ничего и никого вокруг.
Удар, второй, увернулся, присел, снова удар, еще. Черный череп на шее смотрится устрашающе, мышцы перекатывались под кожей, взгляд сосредоточен, губы плотно сжаты.
Это было красиво, очень красиво, Вика скользила взглядом по его телу, стараясь запомнить, чтоб потом рисовать по памяти.
Руслан остановился, удары прекратились, уперся кулаком в потертую грушу, раскачивающуюся на весу, склонил голову, смотря в пол, пытаясь выровнять дыхание.
Он почувствовал ее сразу, как только зашла, нутром почувствовал, как зверь по запаху. Как самец свою самку, по-животному.
Сжал зубы до скрежета, хотел повернуться, посмотреть на нее, но никак не мог. Стыдно, безумно стыдно, это чувство обжигало изнутри, съедало его вот уже которую неделю. Стыдно за все слова, что говорил при ней в тот вечер, за фото, что отправил мужу.
Не может смотреть этой девушке в глаза, но в то же время сам не мог насмотреться на нее, пока та не замечала.
Как Ганс, был готов сидеть у ее ног часами, лишь бы только она ему улыбалась. Нет, это не чувство вины, Руслан думал, много думал, вот так, вымещая на груше свою нерешительность, истязая себя за то, что натворил и сделал больно.
Виноват, да! Но здесь что-то совсем другое, что заставляет сердце биться чаще, выламывая грудную клетку, а ему хотелось проломить самому себе череп, наказать за то, что опустился и позволил гневу руководить собой.
– Что ты здесь делаешь?
Наконец, спросил, даже не поворачиваясь в ее сторону. Девушка молчала, лишь медленно подошла ближе.
– Зачем ты пришла? – уже громче.
Повернулся, посмотрел в ее лицо, глаза такие огромные, даже в этом полумраке видно, какие они красивые, волосы растрепаны, а сама расстроена.
