– Ну, твоя самоуверенность всегда меня восхищала, продолжай так же дальше.
Альберт, наконец, прикурил, в потолок поплыли ровные кольца дыма. В руках оказалась игровая фишка казино, черного цвета, потертая от времени. Альберт перекатил ее по пальцам, наблюдая за плавным движением. Эта фишка отца, она лежала в нагрудном кармане рубашки в тот день, когда его убили. Теперь она как талисман, как вечное напоминание того, что с ними произошло.
– Как ты думаешь, твой отец любил мою мать?
– Конечно, любил. Но я бы не хотел так любить.
ЧАСТЬ 25
Виктория смотрела на свое отражение в высоком зеркале и все никак не могла поверить, что это она. Что, на самом деле, девушка, стоящая на другом конце небольшого зала, заставленного игральными столами, освещенного приглушенным светом ламп, в элегантном вечернем платье, - это она.
Плотный атлас идеально облегал фивероникгуру, открытые плечи, неглубокое декольте и разрез почти на половину бедра. Как смогла, собрала волосы, сложнее было с макияжем, которой Виктория толком никогда не делала.
Но косметика была куплена, а разбитую губу нужно было замазать. К тому же, ей все равно не дадут отсидеться в своем номере.
Официант любезно предложил шампанского, приняла бокал, рука дрожала. Странно, Вике казалось, что ее снимает скрытая камера, и все происходящее вокруг - какое-то дурацкое реалити-шоу. Несколько камер, и правда, мигали по углам красными огоньками, но так ведь полагается в таких заведениях. Совсем недавно у нее была другая жизнь, размеренная и понятная.
Учеба, работа, любимый муж.
Был.
Всего несколько дней, и жизнь стала не просто другой, а вывернулась наизнанку и перевернулась, изменив все вокруг, изменив ее.
А еще Вика физически ощущала на себе липкие взгляды всех присутствующих. Кто-то откровенно пялился, кто-то делал вид, что не смотрит, дамы переглядывались и шептались, мужчины смотрели с нескрываемым любопытством. Сделала глоток шампанского, посмотрела поверх бокала на собравшуюся публику, ощущая спиной жар мужчины, стоящего позади.
Странные были ощущения, неприятные, так оценивающе на нее смотрели в школе, в первом классе, она помнит это до сих пор. Словно все вокруг знали, кто она, что с ней произошло, и почему в школу ее привела тетка, а не родители, как это было у всех детей.
Даже тогда, в маленьком поселке, где слухи и новости распространяются со скоростью звука, взрослые смотрели с жалостью, к которой было примешано больное любопытство.
