Наконец это удалось, и он быстро застучал ключом, передавая экстренное сообщение.
Романцев развернул карту и кончиком карандаша поставил на ней крохотный крестик.
– Мы находимся вот здесь. – Затем он обвел карандашом петлю по контурной линии и сообщил: – Вот это граница двадцатипятикилометровой прифронтовой зоны. Всюду выставлены усиленные посты, просто так из этой территории не выйти. Тем более они успели наследить. И знают, что их будут разыскивать. Отсюда вывод: они постараются идти незаметно и под прикрытием леса, глубокими оврагами, где их никто не увидит.
Путь их лежит через деревни Погребищи, Молоди, через районный центр Логойск… Скорее всего, они направляются в сторону Минска. Что вы об этом думаете, товарищ старший сержант?
– Так оно и есть, товарищ капитан.
– Количество дозоров будет увеличено, повсюду будут выставлены посты, организованы засады. И они это знают… Значит, диверсанты постараются затаиться в какой-нибудь глухой деревушке, их здесь немало. Могут укрыться где-нибудь в землянке.
Работы у нас много. Поисковых групп дожидаться не станем, терять время нам тоже ни к чему, попробуем разыскать их своими силами. Поспрашиваем в деревнях, на хуторах, может, кто что и видел. Сообщение передал? – повернулся Романцев к радисту.
– Так точно, товарищ капитан, – бодро отозвался красноармеец."
"– Тогда сворачивай свою технику, и двигаем вперед!
Глава 9
Не шуми, девонька!
Нужно углубиться в лес. Тщательно спланированная операция оказалась на грани провала. Следовало уйти как можно дальше от опасного места.
Протопав километров десять, команда Штольце остановилась у звенящего ключа. Присели прямо на камешки, остро торчавшие из густой травы. Радист, воспользовавшись паузой, с облегчением снял с себя двадцатикилограммовую рацию. Потянулся, размял натруженные плечи. Остальные сели рядом, в ожидании поглядывая на гауптштурмфюрера. До начала радиосеанса оставалось десять минут. Радист привычно принялся распаковывать рацию. Прицепил на антенну небольшой грузик и стал забрасывать провод на ветки, нависавшие над головой.
Гауптштурмфюрер отцепил от пояса флягу, сделал два небольших глотка и спросил у радиста:
– Когда у нас резервный сеанс связи?
Радист Ганц Замбер уже в который раз пытался забросить антенну, но грузик всякий раз соскальзывал с веток.
– Через три часа, – отозвался он и, широко размахнувшись, наконец зацепил антенну за крепкий сук.
– На связь выйдем в резервное время, торопиться не нужно.
