А ведь еще не известно, чем завершится завтрашний день и когда в следующий раз удастся отведать желаемое."
"Сделав несколько снимков, Бессарабов встал со скамейки и направился в восточную сторону. Дошел до улицы Пивной, самой длинной и самой древней в Старом городе, подошел к желтому дому с фигурой пеликана на фасаде. На первом этаже под большим фонарем у входа размещался пивной бар, где сидели несколько посетителей.
Открыв дверцу, предупредительно звякнувшую колокольчиком, Петр направился к стойке, за которой возвышалась тощая женщина с сухим лицом.
Покопавшись в словарном запасе, Бессарабов произнес по-польски:
– Мне бы хотелось увидеть пана Силицкого.
– А что вы хотели?
– Я здесь проездом, меня попросили передать ему пакет от племянницы. Она очень сожалеет, что ей не удалось вырваться на его день рождения.
Женщина взглянула в глубину зала. За дальними столиками, не обращая внимания на вошедшего, расположились несколько мужчин, неторопливо потягивающих пиво. Кое-кто из них, похоже, уже сумел отыскать философский камень – от свалившегося на них прозрения мужчины стали раскрасневшимися и веселыми.
Громко, перебивая друг друга, они отстаивали каждый свою истину. На какое-то время они позабыли о том, что линия фронта неизменно приближается, и вот-вот грядет час, когда разрывы будут раздаваться и в Старом городе.
– Пойдемте за мной, – негромко произнесла женщина и, не оборачиваясь, зашагала в служебное помещение. За ней без спешки, стараясь не привлекать к себе внимания, двинулся Бессарабов.
Они прошли коротким, тускло освещенным коридором и остановились перед неприметной потемневшей от времени дверью.
– Проходите, – пригласила Бессарабова хозяйка и, дождавшись, пока он войдет, быстро прикрыла за ним дверь и поспешно зашагала обратно.
В комнате за столом у окна сидел мужчина лет сорока, на круглом без единой морщины лице его угадывалась подозрительность. Опасения были понятны: пивной бар использовался как экстренный канал связи с Центром на случай возможного провала или передачи ценной информации.
Оба эти случая связаны с предельным риском. За время работы в Варшаве Бессарабов ни разу не воспользовался этим каналом, и вот сейчас настал тот самый момент, когда помощь ему была необходима.
С хозяином бара, советским разведчиком, он был знаком лично. Случалось, они пересекались в городе, однако всякий раз оба делали вид, что не знают друг друга.
– Что случилось? – спросил связник, стараясь снять возникшее напряжение.
