– Вы же говорили, что взяли ее у гражданки Пастуховой! Приняли, так сказать, в счет квартирной платы… только что признали этот факт, вот, в присутствии сержанта Курочкиной… – И он повернулся к Лоле, чтобы та не забыла подтвердить его слова.
Лола слегка обиделась за то, что Леня в пылу разговора понизил ее в должности – раньше-то она считалась лейтенантом, но послушно закивала головой.
– Да взяла-то я взяла… – призналась Дарья Васильевна. – Только уже отдала Анне Романовне.
– А это еще кто такая? – простонал Маркиз, схватившись за голову.
Голова его мучительно заболела – его уже доконала эта чертова кофеварка, которая переходила из рук в руки, как эстафетная палочка, – от вороватого сторожа Утконосова к безалаберной Лизавете Пастуховой, от той – к безумной матери Дарье Васильевне Интересовой, от Дарьи Васильевны – к какой-то Анне Романовне… имена, фамилии и лица временных хозяев кофеварки кружились в Лениной голове, как осенние листья. Да когда же это кончится?
– Кто такая Анна Романовна? – повторил он вопрос, взяв себя в руки.
В конце концов, нервный срыв ему не поможет, и нужно довести начатое до конца…
– Директриса она, – поспешно сообщила Дарья Васильевна, понизив голос. – То есть директор школы, в которой Мишенька учится.
– И при чем здесь кофеварка?
– Так отчислить она Мишеньку обещала, – ответила Дарья Васильевна, пригорюнившись. – За шалости его… я же вам говорила – Мишенька у меня очень остроумный, прямо юморист.
Ну а училка эта, биологичка, шутку не поняла и нажаловалась директрисе…
Из дальнейшего сбивчивого рассказа Дарьи Васильевны Маркиз уяснил, что у остроумного Мишеньки не сложились отношения с пожилой учительницей биологии. Старушка ставила Мишеньке двойку за двойкой, совершенно, по мнению Дарьи Васильевны, несправедливо.
– Ну не знал он, сколько щупалец у осьминога! – возмущалась Дарья Васильевна. – Так он этого осьминога в глаза не видел! А что белку отнес к семейству кошачьих – так это, может, и правильно! А она ему – сразу двойку!
Короче, не снеся всех этих несправедливостей, остроумный мальчик решил отомстить.
Дождавшись, когда престарелая учительница отправилась в туалет, он заколотил двери кабинки досками крест-накрест.
Стеснительная биологичка не решалась позвать на помощь и просидела в кабинке два часа, пока ее не обнаружила решительная и физически сильная учительница домоводства.
