– Ну, здорово, крысеныш! – проговорил один из трех богатырей.
Он стоял посредине, как Илья Муромец на известной картине Васнецова.
– Вы… кто?… – испуганно проблеял Серебров.
– Смерть твоя в пальто! – хохотнул богатырь. – Шучу, шучу. Нам тебя сразу убивать ни к чему. Правда, пацаны? – Он обернулся за поддержкой к своим коллегам. Добрыня Никитич невразумительно хмыкнул, Алеша Попович промолчал.
– Ты, крысеныш, никак за бугор улетать собрался? – продолжал Илья Муромец. – А ты, тварь дрожащая, не забыл, случайно, что Шкворню деньги должен?
Вот теперь Серебров испугался по-настоящему.
Несколько лет назад он занял довольно большую сумму у одного очень опасного человека. Тот вскоре загремел на зону, и Виктор Сергеевич решил, что получил по своему займу внеплановую отсрочку. По его сведениям, Шкворень вскоре должен был выйти на свободу, и это было еще одним поводом поскорее улететь в благословенную Швейцарию…
– Вспомнил, крысеныш? – Илья Муромец широко улыбнулся. – Вижу, что вспомнил!
– Глянь-ка, что тут на столе лежит! – подал вдруг голос молчаливый Алеша Попович.
– Никак этот крысеныш еще и порошком приторговывает!
– Ух ты! – Илья Муромец широко улыбнулся. – А кто тебе разрешил? Без нашей санкции? Ну, ты даешь! Ну, поехали, мы тебя с ветерком доставим… Шкворень небось обрадуется! – Он подхватил Сереброва одной рукой за воротник и потащил его к выходу, как кошка тащит за шкирку своего котенка.
* * *Маркиз подошел к двери, надавил на кнопку звонка.
Мягко, мелодично прозвенел колокольчик, и тут же за дверью раздались быстрые, энергичные шаги, дверь распахнулась.
На пороге стоял рослый, широкоплечий парень.
Светлые, коротко стриженные волосы, голубые глаза, ямочка на подбородке… Маркиз узнал это лицо, которое до сих пор видел только на фотографии.
– Вы, как я понимаю, Митя?
– Да… – Парень улыбнулся. – А вы?
– Меня зовут Леонид, я знакомый Ирины Анатольевны.
– Ба, это к тебе! – крикнул Митя через плечо и отступил, впуская Маркиза в прихожую.
За его спиной появилась хозяйка квартиры – на этот раз в лиловой шелковой блузке, но камея под горлом та же самая, знакомая, и тот же черепаховый гребень в волосах. Увидев Маркиза, она приветливо улыбнулась:
– Ах, это вы, Леонид! Неужели театральное общество снова обо мне вспомнило?
– Увы, Ирина Анатольевна! – Маркиз, улыбнувшись, развел руками. – ВТО здесь ни при чем. Но у меня для вас есть новости.
