Этот удивительный факт должен был насторожить Маркиза, потому что обыкновенно Лола отвечала из-за двери, что ей некогда, что, если она ему нужна, пусть сам придет, а чаще всего и вовсе не отзывалась, делая вид, что не услышала.
Но теперь она влетела к нему в комнату, едва услышав свое имя, и остановилась в дверях с самым преданным видом:
– Что, Ленечка? Ты все-таки надумал покушать?
Такое странное поведение подруги и компаньонки нисколько не насторожило Маркиза, потому что он был озабочен куда более серьезными вещами.
– Лола, – проговорил он строго, – здесь лежал конверт.
– Конверт? – переспросила Лола недоуменно. – Какой конверт?
– Обыкновенный конверт. Из плотной белой бумаги.
– Ну? Лежал конверт, и что?
– Куда ты его дела?
– Я?! – Лола даже растерялась от такой немыслимой наглости. Всю ее кротость как рукой сняло, и она спросила с обычным своим неповторимым сарказмом:
– Ленечка, какая муха тебя укусила? Ты, часом, не заболел? С какой стати ты спрашиваешь у меня про конверт, который лежал в твоей, подчеркиваю, в твоей– комнате? По-моему, ты прекрасно знаешь, что я сюда никогда не вхожу.
Кроме тех случаев, когда ты меня об этом специально попросишь. Ведь мы с тобой в самом начале нашей совместной работы раз и навсегда договорились: ты не лезешь в мою комнату, а я не вхожу в твою…
– Мало ли о чем мы договорились! – проворчал Маркиз. Он, конечно, понимал, что Лола права, но не мог допустить, чтобы за ней осталось последнее слово. – Ты же сама подтвердила, что здесь лежал конверт, значит, ты его видела…
На такую наглость Лола даже не стала отвечать.
Она вышла из Лениной комнаты и громко захлопнула за собой дверь.
Леня не обратил на это внимания. Он думал, куда мог запропаститься чертов конверт.
Вдруг откуда-то сверху до него донесся шорох, скрип и какое-то странное постукивание, как будто под потолком комнаты кто-то негромко прищелкивал кастаньетами.
Леня удивленно поднял глаза и увидел примостившегося на самом верху платяного шкафа попугая. Перришон хитро поглядывал на него и ритмично щелкал клювом.
Заметив, что хозяин обратил на него внимание, попугай наклонил голову набок и проговорил гулким простуженным голосом вагонной трансляции:
– Остор-рожно, двер-ри закр-рываются! Следующая станция – зоопар-рк!
– Это точно, у нас в квартире давно уже самый настоящий зоопарк… – согласился Леня и хотел продолжить поиски злополучного конверта, но попугай снова защелкал клювом и выкрикнул:
– Поигр-раем!
– Некогда, Перри! – отмахнулся от него Маркиз.
