Поняв, что только что окончательно все испортил, он пытался утешить и успокоить Янсиль, но та тряслась от нервного перенапряжения и испуга.
- Прости... Я не хотел тебя пугать... Прости.
Зубы у Янсиль стучали а голос дрожал, из глаз текли слезы:
- Уходи... Даг... Прошу тебя... Уходи...
Темный крутнулся на месте, взвыл от досады, сжал кулаки, сделал было шаг к ней, но Янсиль, видя его ярость, сжалась от ужаса. Тогда он метнулся из угла в угол, бросил на плачущую девушку отчаянный взгляд и исчез из комнаты.
***
Всю эту неприглядную картину наблюдал Фрейс, случайно оказавшийся свидетелем выходок темного. Он понял, что ситуация непростая, и поведение темного угрожает безопасности внучки Кариса и Горгора. И если с ней что-то случится, а он, Фрейс, мог вмешаться и ничего не предпринял, его по головке не погладят. Поэтому он сразу же дал знать Стору и Фицко, а сам благоразумно спрятался подальше, прикинувшись цветущим кустиком на самом краю террасы. Ссориться с Дагоном Фрейсу тоже было неудобно, все-таки тот ему помог, замолвил словечко.
.. В общем, Фрейс сделал свое дело, и теперь Фрейс мог удалиться.
Это все объясняет, почему, когда разъяренный Дагон вылетел пулей из покоев принцессы Янсиль, его встречала команда из всех духов, живущих во дворце, во главе со Стором и Фицко. Даг взглянул на них, скрестил руки на груди и выгнул бровь в удивлении. Вперед трясясь вышел Фицко, поскольку он тоже был темный по сущности. Даг смерил его презрительным взглядом, но Фицко приосанился и сказал:
- Горгор и Карис оставили нас старшими, присматривать за дворцом и за безопасностью дочери Владыки.
- Вот и присматривайте.
- Вот мы и присматриваем, - Фицко провел рукой по волосам, приглаживая ленточки тьмы, выползшие от волнения, - А ты сегодня напугал принцессу, довел ее до слез. Спрашивается, как ты мог, чего ты хотел от девушки? Где твоя совесть? Совсем стыд потерял! Уходи! И нечего сюда таскаться!
Фицко вытянул руку, указывая Дагу, чтобы тот убирался прочь.
За спиной Фицко стянулись в шеренгу и подобрались остальные, они смотрели на Дага неприязненно и с укоризной.
Дагон с досадой оглядел всю эту дохлую команду защитников. Он один был сильнее их всех вместе взятых в десятки раз, а Фицко смахнуть, ему было вовсе равно что раз плюнуть. Но сознание своей вины и определенная дань уважения к возрасту и смелости старого слабенького духа, все-таки заставили его уйти. Разумеется, шумнув напоследок.
