Отличный зять, – неверяще качает головой.
– Много? – спрашиваю, насторожившись. Родители не знают еще, что все мои украшения – подделка. Что-то внутри меня, возможно, интуиция, подсказывает, что все – до последнего колечка, подделка.
– Прилично, – вздыхает папа, роняя голову в ладони. – Накопления наши и еще кредит взял.
– Костя, – всхлипывает мама, прижимая к губам пальцы. – И мне не сказал…
– Да ведь Игорь всегда возвращал, – оправдывающимся тоном произносит папа.
– Пап, то есть он брал не в первый раз? – задаю следующий вопрос, погружаясь во все больший шок.
– Зачем? У нас вполне успешный бизнес. Да и откуда у тебя такие деньги? Это же не пару тысяч до зарплаты перехватить.
Я просто в шоке от того, что сказал папа. Получается, что Игорь занимал у него крупные суммы и раньше! Но зачем? Проблем ведь в бизнесе не было. Или были?
– Сколько? – шепчу, с трудом шевеля губами. Мне нужно знать, но ответ я услышать боюсь.
– Четыре миллиона, – отвечает папа.
Мама опять всхлипывает, хватается за сердце.
Еще позавчера я бы сказала, что сумма не такая уж и большая. Продать парочку моих украшений, ну, может, три-четыре, и этого хвати закрыть долг. Вот только сейчас я осознаю, что сумма – большая!
– Но он же… отдаст? – робко спрашивает мама.
– Всегда отдавал, – папа, смущенно улыбаясь, берет руку мамы в свою. – Надюш, не переживай."
"– Да как не переживай? – вскрикивает мама. – Узнать такое… такое!.. Десять лет жили нормально, а тут вот такое поворот! Это Ксюха виновата! Окрутила его! Ходила перед Игорем, трясла задницей и сиськами.
И залетела быстренько! Какая же гадина! Как дочка же нам была! Любили, помогали, а она в постель к Игорю! Может, поговорить с ним?
– Не надо с ни говорить, – обрываю причитания мамы. – Я развожусь. И точка. Заявление я уже подала. Даже если Ксюша перед ним прелестями крутила, он что, подросток в пубертате, что устоять не смог?!
Меня злят слова мамы. Я понимаю, что она очень любит зятя и ищет ему оправдания. Но перед глазами легко встает победное выражение лица сестры и злое – моего мужа.
А еще его слова… Страшные, звучащие с угрозой. Каждое запомнилось мне четко.
И сейчас я уже точно знаю – долг Игорь не отдаст. Но пока не говорю об этом родителями. Может быть, остатки совести у него есть.
– Но, может, поговорите? – не перестает надеяться мама. – Может, Кюша соврала о беременности? Дала денег и ей чьи-то результаты продали.
– Надь! – изумляется папа.
– Ну что? – нервно спрашивает мама.
