Любовь бывала очень зла и жестока. Не всегда окрыляла – иногда подрезала крылья, мучила и ломала.
– Как Наташа? Как у вас? – повернулась ко мне. Она дрожала вся.
– Хорошо. У нас будет дочь.
– Дочь… – повторила и улыбнулась. – Я рада, правда. Рома, ты береги их. Берегите своих девочек.
– Обязательно. Тая, у меня есть хороший специалист…
Пусть начнет с психолога, а там разберутся. Я сам до недавнего времени не верил в лекарей души и башки, но, после сеансов с Антоном, мнение поменял кардинально.
– Я дам тебе… – у меня телефон сигналить начал.
Гена. – Слушаю.
– Роман Андреевич, у нас чп. Авария. Он в столб влетел на скорости.
– Черт…
– Вызвали скорую и ментов. Ждем.
– Держи меня в курсе, – я отключился и на Таисию посмотрел.
– Что? – выдохнула одними губами. – Что?! – заорала, беду предчувствуя.
– Глеб в аварию попал. Тая-Тая… – она осела с распахнутыми глазами, беззвучно рот открывая. Я подхватил ее.
– Что с ним… Что с ним… – повторяла потерянно.
– Не знаю. Разберемся. Обязательно разберемся.
Глеба на вертолете доставили в НИИ им. Склифосовского. В крайне тяжелом состоянии: его достали практически разобранного по частям. Подлечат. Должны. В Склифе и не таких собирали. Я не желал Глебу смерти. Это слишком. Слишком.
– Наташа, ты как? – смог дозвониться только на домашний телефон.
– Нормально, а ты? Что там?
– Глеб в аварию попал. Пьяный за руль сел и в столб.
– Что?! – ахнула Наташа. – Как Таисия? Дети?
– Плохо, – я повернулся. Тая висела на груди старшего сына. Рядом Сережа.
Ему шестнадцать: держался, но взгляд потерянного ребенка. – Наташа, я поеду к маме Марине. Рассказать нужно. Я детей заберу. Еву и Пашу к нам привезу. Не нужно ему сюда…
– Может, мне приехать? Поддержать Таисию?
– Нет. Тебе не надо. Я скоро буду. Люблю тебя.
Я подошел к скамейке, где убивалась Тая. Подозвал Олега. Сжал его плечо.
– Я поеду к бабушке с девушкой. Пашка у нас побудет. Пока, – глянул на их мать, – новостей не будет.
– Спасибо, – проговорил устало.
– Ты молодец, – я пожал ему руку.
– Мама на тебе, лады?
– Лады.
Я привез детей около десяти вечера. Ева была рада. Пашка растерян. Наташа накормила их и уложила спать Еву. Мы остались на кухне. Бэби с нами. Ей понравилось играть с более терпимым ребенком. Пашка не тягал нашу красотку за лапы по всей квартире.
– А почему мы уехали от бабы с дедом? – поинтересовался, когда сел к нему на диван. В телевизоре мультики, но он сидел в телефоне.
– Паш, тут такое дело… Папа твой в аварию попал.
