Что еще?
Меня тряхнуло от одного воспоминания о том мерзком поцелуе. Мальчике. Женщине. Я должна всю себя дочке отдавать, поддерживать спокойствием и уверенностью, что все будет отлично, а меня корежило от осознания, что ничего не будет хорошо. Больше нет!"
"Главное, я не понимала, когда это произошло? Почему мой брак оказался мыльным пузырем? Сколько Рома с этой женщиной? Судя по возрасту мальчика давно. Ему лет шесть-семь. Мы женаты всего шесть?! Значит, он был у него до брака. Возможно, даже до нашего знакомства.
Но зачем же женился? К чему мечты о сыне, если давно имел его? Сколько вообще Рома живет так? На два дома.
Муж всегда летал на встречи и в командировки отправлялся. До рождения Евы и я с ним моталась иногда. Он расстаться со мной не мог… От этого сейчас еще горше. Последние полгода или чуть больше Рома зачастил с разъездами. К ним, значит, наведываться почаще стал. Жил, ел, пил, вниманием одаривал, спал с этой женщиной… А потом ко мне возвращался и делал все то же самое.
Занимался любовью с ней, а потом ко мне в постель ложился. Теми же губами целовал нашу дочь. Крепко обнимал того мальчика, а потом держался за мои ладони и так искренне шептал, что любит больше жизни. Что мы его семья. Его жизнь. Боже, от осознания его двуличности даже дышать было больно.
И все вроде бы понятно, но у меня оставалось много вопросов, и мазохистская часть меня очень хотела получить ответы, хотя я совсем не уверена, что смогу выдержать эту правду. Я всегда считала себя сильной, а сейчас сыпалась, как саманная крошка с усталых стен казавшегося крепким дома.
Под утро я все же уснула. Хорошо, что нас оставили в стационаре, сказали дня на четыре. Я была только за. Впервые мне вообще не хотелось домой.
Вечером позвонила Артему, брату мужа. Мы учились вместе и были хорошими друзьями. Я хотела поговорить с ним. Понять кое-что. Узнать, кто еще мне врал.
– Твой любимый, – он вручил мне большой стакан капучино, – с корицей.
– Спасибо, – задумчиво улыбнулась, рассматривая Артема.
И вспоминая…
Я была не настолько далеко, чтобы не увидеть внешнего сходства мужа и того мальчика. Возможно, проходя мимо в другой, счастливой жизни, не заметила бы, а сейчас это било наотмашь. Ева в меня была, только глаза папины – серые. А мальчик похож. Вероятно, поэтому Рома так гордо прижимал его к себе: пацан, сын, копия! Рома и Артем тоже похожи, стопроцентные братья. Старший и младший. Они очень близки.
