— Хорошо. Жду звонка.
Решил позавтракать, пока проверяют содержимое бутылки. Заехал в располагающееся рядом кафе. Заказал омлет с беконом , тосты и кофе, но вся еда казалась мне безвкусной и резиновой, даже любимый горький кофе. Слишком нервничал. Не о результатах, тут я уже не сомневался, что лаборатория обязательно что-то найдёт.
Переживал о встрече с женой. Я боялся, что она будет обвинять меня или вообще прогонит... Сейчас мне это было бы особенно тяжело. Да и ей тоже... Сейчас мы как никогда нужны друг другу.
Но согласна ли со мной Лина? Не уверен. Лишь бы она не замыкалась в себе и не уходила в депрессию из-за потери ребёнка. Такое бывает часто, и вернуть оттуда женщину бывает очень непросто.
Спустя час мне действительно позвонили из лаборатории и пригласили забрать результаты экспертизы. Я поехал обратно, и в холле меня встретила администратор.
— Ваши результаты у доктора, — сказала она мне, едва я оказался рядом со стойкой. — Он вам даст расшифровку. Проходите, кабинет номер двадцать два.
— Спасибо, — кивнул я и прошёл к указанному кабинету.
Там меня встретил врач, предложил присесть напротив него за стол и взял в руки результаты.
— Скажите, а откуда у вас эта бутылка? — спросил доктор.
— А что? Нашли что-то? — ответил вопросом на вопрос я.
— Да, — кивнул он. — Сильнодействующий наркотик.
— Понятно, — поджал я губы. — А он вызывает угнетение нервной системы, подавление воли?
— Да, вызывает, — ответил доктор. — Такие часто используют при изнасиловании. Жертва не способна анализировать свои поступки и не может управлять своим телом, остаются только рефлексы — моргать, глотать, дышать и так далее.
— Ясно, — сказал я. — За подмешивание такого препарата можно получить срок?
— Конечно, — кивнул он. — Если кому-то из ваших близких подмешали его, обязательно привлеките его к ответственности. Это насилие в чистом виде, добавлять такое — под воздействием такого препарата можно делать потом со своей жертвой всё что угодно.
— Спасибо вам, — кивнул я и встал из-за стола. — Вы мне очень помогли.
— Всего доброго, — ответил врач, глядя, как я сгребаю листки с его стола и покидаю кабинет, а затем и саму клинику.
Возле машины я снова достал сигареты и прикурил одну из них. Внутри меня просто рвало от бешенства. Там был сильный наркотик... Лина тогда не отвечала, она не могла толком двигаться и соображать. Марк её бы изнасиловал, если бы я не приехал за забытой папкой…
Что она пережила, девочка моя красивая! Снова чуть не прошла то же самое...
