Выяснилось, что Романа нашли на железнодорожных путях, он шел в сторону Московской области. Хорошо, что его обнаружили паломники, которые ехали в монастырь. Они обратили внимание на странного паренька, вызвали врачей… В кармане у него нашли мою визитку. Я ее родителям Шныркина при его выписке из больницы дал, тогда еще своего центра не имел, работал в муниципальной клинике. Велел им звонить, если что-то нехорошее заметят. Но они пропали.
Вениамин Григорьевич пододвинул ко мне поближе коробку конфет.
– Угощайтесь.
Я вытащила из ячейки одну конфету.
– Родители Шныркина погибли при пожаре.
– Да, – согласился доктор, – я быстро это выяснил. Больного МДП даже самая малая неприятность, например заноза в пальце, может из колеи выбить. А тут гибель семьи. Ну и дальше у нас пошло так: подлечили – отпустили – рецидив – положили – подлечили – отпустили – рецидив. Сейчас Шныркин находится у нас постоянно, над ним оформил опеку фонд, который сдает квартиру Романа. Вырученных денег хватает на оплату его пребывания у нас.
Я знаю, что Роман абсолютно одинок, представляю, что с ним произойдет, если его определят в интернат. Нам денег достаточно.
– Он шел в Московскую область, – повторила я. – А в какую сторону?
Вениамин Григорьевич открыл ноутбук.
– Секунду. Так. «Скорая» забрала его со станции Манихино. Это близко от столицы.
– Можно поговорить с Романом? – спросила я.
– Давайте попробуем, – согласился врач, – но я ничего не обещаю. Если он не в настроении, мы сразу уйдем.
Глава 23
Мужчина, сидевший в кресле у окна, держал в руках детскую книгу с картинками, совсем не походил на больного.
– Здравствуй, Рома, – приветствовал его врач. – Как дела?
– Прекрасно! – воскликнул Шныркин. – Домой собираюсь. Хотел сумку сложить, но Наина Алексеевна попросила подождать, она решила мои вещи постирать. Уеду завтра, когда все высушат и погладят.
– Мудрое решение, – одобрил доктор, – мы без тебя скучать будем.
– Кто это с вами? – проявил любопытство больной.
– Адвокат, – соврала я, – господин Шныркин…
– Зовите меня просто Ромой, – перебил мужчина.
– Рома, – сказала я, – речь идет о наследстве. Вы можете получить очень большие деньги.
– Зачем они мне? – удивился Шныркин. – У меня и так все есть. Я не мама, вот она всегда говорила: «Ну почему все вокруг богатые, а я нищая».
Я принялась самозабвенно врать:
– Человек, который желает завещать вам свое имущество, решил удостовериться, что вы тот самый Роман, с которым он в детстве не разлучался.
