– Ну, мы же не во времена монголо-татарского ига живем, – засмеялся мастер, – теперь оттенков белого много.
– Чем арктический отличается от антарктического? – полюбопытствовала Краузе.
– Неужели не видите? – изумился дедок. – Первый с голубинкой, второй с зеленцой. На второй странице московский, питерский. Гламурный, металлургический, жасминовый. Рассказываю о каждом. Один с розовинкой. Другой грязновато-серый, третий с блестками, четвертый, как питерский, но почернее. Жасминовый, как антарктический, но аромат! Закачаешься, упадешь и не встанешь.
Если вешаете в санузле, к жасминовому идет подарок – туалетная бумага с тем же запахом.
– Хозяйка, – позвал меня похожий на двухметровый гвоздь парень, – оно понятно, что каталог посмотреть надо. Но я тоже тут. Здрассти. Леша, мастер по ремонту кофейных машин международного класса.
– Добрый день, Евлампия, можете звать меня Лампой, – привычно представилась я, – извините, что сразу не обратила на вас внимания. А вы чините только аппараты международного класса? У нас обычный.
– Надо выбрать рулонку, – заныл дедушка.
– А я хочу узнать насчет ремонта, – парировал Леша, – я исправлю что угодно. Это я про себя сказал, мастер международного класса.
– У меня еще заказы есть, – не сдался дедуля.
– И у меня, – не дрогнул Алексей.
Я улыбнулась.
– Простите, как вас зовут?
– Леша, – повторил парень.
– Да, да, ваше имя я запомнила, – защебетала я, – а вот с вашим коллегой пока не познакомилась.
– Я не калека! – закричал старичок.
– Конечно, нет, я сказала «коллега», – уточнила я.
– Не калека я, – завопил дедок.
– Кол-лега! – что есть силы прокричали мы с Краузе.
– Товарищи, – перевела Киса.
Старик уставился на девочку.
– Кто с кем дружит?
Кисуля затараторила:
– Вы работаете у нас, и он работает у нас. Значит, вы товарищи.
– Гусь свинье не товарищ, – отрезал дедуля.
– Кто свинья? – заморгал Леша. – Я?
Мне стало понятно, что пенсионер глуховат, поэтому я обрадовалась тихому голосу Алексея и решила уладить дело миром.
– Роза Леопольдовна, Киса, выбирайте рулонку! Леша, какой у вас вопрос?
– В машине долбанулся штуцер, – ответил парень, – створожился редуктор, не квакает хомут.
Я втянула голову в плечи.
– В приборе что-то должно квакать? До сих пор не слышала таких звуков. Нам продали дефектную машину?
Леша пару секунд молча и с нескрываемой жалостью во взоре смотрел на меня.
