Бабуля, которой немало лет, живет одна в селе? Сама таскает ведра, дрова колет, печь топит, за огородом ухаживает?
Захар оторвался от ноутбука.
– Я назвал тех, кто там прописан постоянно, однако старушка могла куда-то уехать. Правда, у нее родни нет. Но возможны разные варианты. Жильца пустила бесплатно за помощь и уход. Или дом кому-то сдает, на выручку сняла квартиру со всеми удобствами в новой Москве.
Глава 8
Войдя в холл, я услышала незнакомый мужской голос.
– Что решили насчет цвета?
– Сейчас хозяйка придет, она объяснит, – ответила Роза Леопольдовна.
В ту же секунду Фира и Муся вылетели в холл с лаем. Следом за мопсихами появилась няня Кисы.
– Мастер прикатил, – шепотом сказала она, – рулонку вешать.
Я посмотрела на часы, которые висели над зеркалом.
– Я вызывала его на семь, а сейчас пять.
Краузе развела руками.
– Он раньше появился. Недовольный!
– Ау, хозяева, – закричал из столовой надтреснутый тенор, – вас до первого мая ждать?
Я пошла в кухню.
– Здрассти, – раздраженно произнес тощий носатый парень, – вы не единственные мои клиенты.
– Вызов оформлен на… – начала я, но юноша не дал мне договорить.
– Девять утра. Знаю. Вот вы на сколько задержались? А? И все так! Поэтому я припер только в пять.
– Не на девять, а на девятнадцать, – поправила я, – вы прибыли раньше.
– Поспорить решили? – разозлился мастер и вытащил трубку. – Лен, глянь, Романова у нас во скока?
– Опять перепутал, козел? – так громко, что ее визгливое сопрано разлетелось по всей комнате, осведомилась невидимая Елена.
– Девятнадцать, урод!
– Да ты чего! – возмутился парень. – Она на девять утра.
– Жаба, если ты опять с бодунища, то готовься на вылет из нашей фирмы, – заорала диспетчер, – … ты мне! Вообще! Енот вонючий! Вот настрочит Романова на тебя телегу, пойдешь вон со всеми своими закидонами. Усек?
Парень спрятал телефон и стал приветливым.
– Здрассти, я Жаба!
Роза Леопольдовна хихикнула, но мне удалось сохранить серьезность.
– Рада знакомству, Лампа.
– Если я жаба, то это еще не повод стебаться, – надулся парень.
– Никакого стеба, – заверила я, – меня зовут Евлампия, сокращенно Лампа.
– А я просто Жаба, – хмуро уточнил юноша, – фамилия такая. Жаба. Ничего смешного.
– Дорогой Жаба, – защебетала Роза Леопольдовна, – мы даже не улыбаемся.
– А как вас зовут? – поинтересовалась я. – Наверное, лучше обращаться к вам по имени.
– Просто Жаба, – отрезал мастер.
– Роза Леопольдовна, – представилась Краузе.
Юноша сделал шаг назад.
