А если как сегодня: примчалась домой, схватила старое платье, наспех вымыла голову; волосы высохли, пока я носилась по квартире; села в машину, мордочку красила, стоя у светофора, – если все кое-как, на скорую руку, то я выгляжу королевой!
– И одна серьга в ухе очень оригинально, – сказал Макс, – не знал, что это модно.
Я вытащила из сумочки зеркальце. М-да. Сережка и впрямь одна. Вторую я просто забыла надеть.
– Мы с тобой отстали от моды, – согласился Костин, – а Лампудель на пике, у нее и туфли крутые! Правая белая, левая черная.
Теперь мой взгляд переместился на ноги. Перед Новым годом я купила на распродаже очень красивые туфли. По цене одной пары можно было брать две разного цвета. Я схватила черные и молочные, понятно почему, они подойдут ко всему, и поставила их в гардеробе рядом. А поскольку я очень торопилась, то не заметила, что влезла в разные туфельки. Моя машина стояла в подземном гараже, сапоги я не взяла, помчалась к тачке в парадном виде. Остается лишь надеяться, что все присутствующие подумают, как Вовка, о моей безудержной креативности.
Раздалась барабанная дробь, в зале погас свет, на сцене он, наоборот, ярко вспыхнул, и появился Гриша Стеклов, он начал без вступления:
– Нам десять лет. И в этот день мне хочется рассказать о человеке, который, сам того не подозревая, подсказал мне идею создания телеканала «Правдивый розыгрыш». Это Макс Вульф!
Луч прожектора упал на моего мужа, я покосилась на него и поняла, что он удивлен.
– Да, да, Макс, это ты, – рассмеялся Гриша.
– Вульф любитель пошутить над приятелями.
Я ухмыльнулась. Это правда.
– Сейчас он остепенился, – продолжал Стеклов, – но раньше! Огонь! Не всем шутки Макса нравились. Лично я на него жутко обиделся. Собирался жениться, дошел до загса, и тут Вульф разыграл целый спектакль, представил меня уголовником, сбежавшим из лагеря. Прямо в загсе появилась пьяная «мамаша» жениха, три его брата с наколками. Родители невесты в это поверили, и…
– Макс, – закричал женский голос, – я понятия не имела о том, что Гриша уже кого-то звал под венец!
Я всмотрелась.
В ложе, справа от сцены, стояла стройная женщина.
– Если кто не знает, то там Софья, моя жена, – пояснил Гриша.
– Вульф, после вручения премии я расцелую тебя, – продолжала женщина, – и пусть мне Лампа глаза выцарапает. Я очень рада, что ты ему сорвал первую свадьбу.
Зал захохотал.
– Да я и сам рад, – подхватил Стеклов, – но радость пришла через пару лет, когда я встретил Соню.
