Глава 31
– Значит, картина, которую Алексей Петров оставил сыну Федору, подсказывала, где хранятся сокровища, – подпрыгнул на стуле Рамкин.
Костин потер глаза.
– Возникает много вопросов.
Я улыбнулась."
"– Те же слова произнес и Берти. Потом он продолжил: «Если все погибли, то откуда дядя Миша мог узнать про место, где спрятали камни?»
– Возможно, кто-то выжил, – предположил Володя.
Я чихнула и начала рыться в сумке в поисках носового платка.
– Ты повторил мои слова. Именно так я и сказала Альберту.
Но он настаивал на том, что «газовуха» срабатывала мгновенно. Она на редкость токсична, отравленному необходима медицинская помощь. Если все случилось на открытой местности, был шанс выжить. Но подвал-то как закрытая банка.
– Что сделал Альберт с бриллиантом, который он получил от Цапкина? – спросил Захар.
Я вытащила из упаковки салфетку.
– Продал его. Взял свой процент, выполнил все просьбы Валерия.
– Хорош гусь, – поморщился Костин, – знаю таких, они всегда говорят: «Ничего личного.
Это просто бизнес».
Мне понравились и Берти, и Лукреция, поэтому я промолчала.
– Теперь мне ясно, почему родители Шныркина, купив огромный участок у пожилой дамы, построили дом в Муркине, – продолжал Володя. – Роман унес три красных камня. Небось его родители знали им цену, поняли, откуда драгоценности, и поселились поближе к лагерю «Ежик с фонариком», в селе, где жил их предок. Наверное, они решили найти клад и забрать его себе.
Я выбросила платок.
– Каким образом взрослые Шныркины докопались до истины?
– Им сын рассказал, – выдвинул свою версию Вова.
– Так он сошел с ума, – возразила я, – просидел ночь в подземелье, надышался там газа.
– За долгие годы газ выветрился, – подал голос Рамкин, – скорей всего, ребенку от страха крышу снесло. Один в темноте, в компании со скелетами. Тут и у взрослого мужика шифер уедет. Семья Шныркина погибла при пожаре, их дом в Муркине сгорел.
– Так, – протянул Володя.
Захар махнул рукой.
– Загорелось ночью.
Старшие погибли, Рома остался жив, потому что спал в летней кухне. После посещения подземелья у него было ужасное психическое состояние. Но он жил дома, ходил в школу. А после пожара ему стало хуже. Сначала он оказался в обычной психушке. Потом главврач открыл собственный медцентр для психиатрических больных и забрал Шныркина к себе.
– Добрый человек, – подхватила я, – я видела палату Романа. Уютная, с нормальной мебелью. Прямо как обычная комната.
