Проходя мимо этой парочки, Лена услышала, как Выбегалло поучает Калмыкову:
— Вы, Нина Ивановна, ничего не говорите, предоставьте все мне. Я на таких делах собаку съел, я от их обвинений камня на камне не оставлю, мы так дело повернем, что у вас еще извинения просить будут и компенсацию выплачивать за причиненный моральный вред. Главное, молчите. В крайнем случае — опровергайте.
Калмыкова закивала, — кажется, она была не против молчать, а если что — то и опровергать.
Завидев Лену, Выбегалло заволновался и вприпрыжку кинулся за ней.
— Вы судья Кузнецова?! Меня зовут Всеволод Аристархович. Я представляю правозащитную организацию «Свободный мир» и буду отстаивать интересы гражданки Калмыковой на судебном разбирательстве, вот доверенность, извольте ознакомиться. Я располагаю железными аргументами в пользу этой героической одинокой матери!"
"Выбегалло вцепился в рукав ее мантии. Лену окатила новая волна исходящих от него ароматов.
Она аккуратно освободила рукав.
— Я вас поняла. Но до начала разбирательства еще десять минут.
Встретимся в зале заседаний. Там вы изложите мне все свои аргументы.
— Бесспорно, встретимся, бесспорно, — затараторил Выбегалло. — Но я хотел бы загодя, так сказать, обозначить нашу позицию.
— Вы непосредственно в коридоре желаете ее обозначить? Или все же отложите до того, как вас вызовут в зал? — поинтересовалась Лена.
— Место не имеет значения! — заявил Выбегалло. И направился за Леной в сторону дамской уборной.
«Интересно, — подумала она. — В туалет он тоже за мной потащится озвучивать свою позицию? Или все же останется снаружи?»
Однако Выбегалло был настроен решительно, и дверь с изображением девочки его не остановила.
Он таки вперся в уборную, встал перед умывальником и совсем было собрался двинуть речь. Но тут вошли две дамы. Увидев Выбегалло, они с ним церемониться не стали, сообщили, что мужской туалет за углом, и попросили освободить помещение. Выбегалло стушевался и удалился-таки.
Лена расправила перед зеркалом складки мантии, поправила прическу.
Дождавшись, пока дамы выйдут, она перекрестилась и тихонько прошептала: «Ангел мой, иди со мной, ты впереди, я — за тобой».
Когда-то бабушка научила ее этому, и Лена всегда просила ангела-хранителя не оставлять ее, когда предстояло важное дело.
На выходе из уборной она чуть было не налетела на Таганцева.
— Привет!
— Что? Очередной труп на коммунальной кухне? — поинтересовалась Лена.
Таганцев еще шире заулыбался, оценив, что она запомнила его шутку.
