— Я его спрашиваю: «Кто тебе копать велел?» Он глазами хлопает: «Начальника казала…» Какой начальник, где он есть?! «Тута была…» А сейчас где? Снова глазами хлопает. Так концов и не нашли, кто ему копать велел. Экскаватор приписан к соседней стройке. Они там дом высотный строят, знаете, эта… Точечная застройка… Ну, втыкают, короче, между домами, как этот… — Таганцев замялся и покраснел. — В общем, как шиш в масло…
— А вы на стройку эту сходили? Поговорили с ними?
— Да и сходил, и поговорил. А толку? Все в один голос твердят, что узбека этого впервые видят и никаких распоряжений перерубать кабель ему никто не давал.
А экскаватор он, дескать, взял самовольно…
— Понятно, — протянула Лена. — Документы у него хоть есть?
— Документы есть. Регистрации, разрешения на работу — этого нет, конечно.
Еще некоторое время Таганцев, балансируя на чересчур маленьком для такого атлета стуле, травил милицейские байки. Потом заерзал, наморщил лоб и стал спрашивать, не подвезти ли Лену до дому.
— Я, Лен Владимировна, на служебке, до дому вас честь по чести доставлю, в лучшем виде.
Только сперва в отделение заскочим, мне там документы отдать надо.
— Я, Константин Сергеевич, устала как собака, — призналась Лена. — А у меня еще дома дел непочатый край. Так что мне надо не в лучшем виде, мне надо по возможности быстро.
— Ну на машине так и так быстрее, чем на метро получится.
— А я уже за рулем. Не говорила? Мне машину сделали, летает, как новенькая.
Услышав это пренеприятнейшее известие, Таганцев заметно сник.
— Ну ладно тогда… Тогда я, что ли, поеду…
Он долго прощался, косился на Лену, видимо рассчитывая, что она все же передумает и согласится шикарно прокатиться с ним на служебном «газике», пыхтел, засовывая ручищи в рукава форменной куртки. В конце концов Таганцев таки ушел.
«Хороший ты парень, Константин Сергеевич, — подумала Лена. — Даже жаль, что я старый солдат и не знаю слов любви».
Она искренне пожелала Таганцеву встретить добрую и милую девушку, которая оценит его по достоинству, сунула в сумку две папки с делами почитать на сон грядущий, заперла кабинет и отправилась домой.
На улице было холодно, Лена поленилась открыть зонтик, и, пока шла двадцать метров до стоянки, за шиворот ей натекло. Машина весело подмигнула фарами, приветствуя хозяйку.
Слева Лене засигналили. Она обернулась."
"— Вечер добрый! — помахал ей Говоров из своего «Сааба».
Лена опустила ветровое стекло:
— И вам добрый вечер!
— Что? Закончили на сегодня?
— Не закончила.
