И почему на сестру вечно западают немолодые толстые мужики с большим количеством детей? То Борюся был, теперь вот этот нетленный гений…
Когда Лешик только начал обхаживать сестру, все было прелестно. Подарки-поездки-поцелуи, короче — полный шоколад. Сенька, правда, в основном жил у нас, потому что ну не устраивать же романтику при ребенке?
Теперь Натка с Лешиком вот уже третий месяц нещадно собачатся. И Сенька снова обретается у нас. Ну не ссориться же при ребенке…
Скандал вышел потому, что Лешик, видите ли, по-прежнему не только существует на одной территории с женой, но еще и спит с ней.
Хотя клялся Натке в любви и божился, что отношения с супругой у него чисто формальные. Раз в две недели Натка расстается со своим гением навсегда, несколько дней пребывает в депрессии, затем следуют примирение и всплеск страсти, после чего они снова расходятся, побив предварительно некоторое количество посуды. Через неделю Лешик приезжает мириться, покупает очередной сервиз — и все по новой.
В начале недели сестра опять привезла нам Сеньку, сказала, что на сей раз все серьезно и ей нужно несколько дней, чтобы расставить точки над i. Она-де окончательно вознамерилась расстаться с Лешиком.
Я почти поверила, хотя все равно не очень поняла, почему, чтобы расстаться с любовником, требуется несколько дней. Впрочем, Натке начхать, поняла я ее или нет.
На второй день Сенька затемпературил. Наверное, подхватил простуду в саду. Я принялась названивать Натке.
Автоматическая женщина в трубке сообщила, что абонент недоступен, и предложила оставить сообщение. Вечером от Натки пришла эсэмэска: «Я жива, говорить не могу, перезвоню, твоя ехидна». Что да — то да. Ехидна и есть.
Сеньку я, разумеется, оставила дома (куда больному ребенку в сад?). Полдня он смотрел телик, потом из школы пришла Сашка, померила ему температуру, накормила его обедом, дала лекарство. Вчера, когда я приехала с работы, он плакал и хотел к маме.
Кое-как удалось отвлечь его книжкой про Мумми-троллей. Я читала племяннику, пока он не заснул — несчастный и зареванный, прижимая к щеке кролика, которого Натка купила ему на день рождения. Сашка, пока я читала, сидела на кухне со своей алгеброй. Потому что делать алгебру и при этом слушать про Мумми-троллей — невозможно.
Когда дети заснули, я ушла с телефоном на кухню, поплотнее закрыла дверь, вызвонила-таки Натку и устроила ей жуткий разнос.
