Не слишком большой и холодный даже летом, он был заполнен полками с пустыми банками, наверху висела тусклая лампа, периодически начинавшая мерцать. Единственным «уютным» уголком здесь было место, куда брат принес для Анаит старые деревянные подушки.
«Сиди тут и не реви», — каждый раз увещевал он ее, когда уезжал.
Порой его отлучки длились по полдня, как сегодня.
Анаит ничего не оставалось, кроме как подчиняться. Она не тешила себя надеждами, что сможет справиться со здоровенным Багишем и убежать. Послушно шла в подвал, когда он велел.
Тихонько сидела в комнате, когда он был дома.
«Чего ты так упрямишься, крошка? — часто спрашивал ее брат. — Ну сходи ты за этого старикоса замуж, через год разведешься, будешь свободна. Я лично помогу тебе отсудить у него половину имущества. Главное — залети от него».
А ее от таких разговоров лишь тошнило.
Не могла себе представить, как позволила бы дяде Ваграму то, что позволяла Диме. Не сможет она лечь с другим мужчиной, ее скорее вырвет. Она не предаст любимого таким мерзким способом, не станет невестой другого.
Что там год? Даже одна ночь в чужих объятиях казалась ей чем-то непостижимым.
Анаит решила так — будет терпеть до конца. Не поддастся давлению, не согласится, сколько бы ее тут ни держали. Не смогут же они вечность прятать ее в глухой деревне, в доме с заколоченными ставнями, верно? Когда-то она доберется до цивилизации и в тот же час сбежит к Диме.
Любимый наверняка ждал ее, волновался.
«Я вернусь к тебе, мой хороший…» — мысленно говорила она с ним.
Верила, что Дима ее дождется, примет обратно. А там уже какая разница, на какой факультет поступать? Она согласна на любой, лишь бы рядом с любимым. Все будет делать по его указке, станет жить его жизнью.
Сколько бы ей ни пришлось ждать, мучиться, она выдержит, она сможет.
Но как же муторно и невыносимо было день ото дня находиться тут…
Особенно нестерпимы были часы, проведенные в подвале. Анаит там бесконечно мерзла, хотя носила джинсы, а Багиш дал ей свою толстовку. Кроме того, она боялась пауков, а их тут было множество.
«Ура, брат вернулся», — возликовала она про себя, прислушиваясь к шагам.
Она дико пугалась, когда он исчезал надолго. Боялась, что оставит ее запертой на день или два."
"Анаит уже подошла к лестнице, ожидала, когда в люке сверху появится просвет, а потом и лицо Багиша.
«Привет, крошка, я привез еду», — скажет он.
Однако сегодня в люке появился отец.
— Вылезай! — рявкнул он.
От вопля родителя спина Анаит покрылась мурашками.
