А потом кабина начала движение вверх.
Дима снова потянулся к Анаит, очень хотелось продолжить поцелуй, но она отступила.
— Ты обалдел? — прошипела зло. — Это харассмент*! Я подам жалобу…
— Будешь много возникать, нажму на «стоп» и опять начну целовать!
Паршивка мгновенно прикрыла рот. То-то же…
*Харассмент — в праве США преступление, нарушающее неприкосновенность частной жизни лица преследованием (телефонными звонками, письмами, слежкой и пр.), назойливым приставанием, домогательством. Совершается обычно с сексуальными мотивами.
Глава 40. Правильные ходы
Анаит теребила в руках синюю шариковую ручку, дожидаясь, когда его величество Соболь изволит явиться на рабочее место.
Тот случайный поцелуй совершенно выбил ее из колеи. Целые выходные Анаит думала, как поступить правильнее.
По сути — она самая настоящая жертва сексуального домогательства. Можно идти и смело жаловаться на начальника, который распустил руки, губы и даже язык.
Однако еще неизвестно, чем обернется ее крестовый поход.
Анаит представила, как жутко это будет выглядеть, если ее слова извратят. А Соболь очень даже способен переврать ситуацию на свой лад — мол, сама полезла, он ни при чем. А Качканян подтвердит его версию! Эти двое запросто могут спеться, какого бы героя ее мучитель ни изображал. Она не верила ему ни на грош.
Естественно, сплетни расползутся на всю компанию, и как ей потом здесь работать? А если после этого она решит уволиться, какие ей дадут рекомендации?
И хотела бы во всем обвинить Соболя, но…
По большому счету она сама во всем виновата.
Изначально было понятно, что Соболь взял ее на работу не просто так. Анаит знала, что он будет к ней клеиться, не оставит в покое. Стоило уволиться сразу и не мотать себе нервы.
Не решилась, соблазнилась большой зарплатой. Уже мысленно чахла над златом, покупала Нане обновки… и каков итог?
Но если уж совсем по-честному, главная причина, почему ей нужно уволиться, — поцелуй ей понравился! Стыдно до ужаса и непонятно.
Она же ненавидела этого козла всеми фибрами души! Но как вкусно целовался…
«Это все от нехватки мужского внимания!» — твердила она про себя.
Не верила в то, что у нее могли остаться какие-то чувства к этому типу, ведь ее в буквальном смысле трясло от злости при воспоминании о нем. Да что там, до сих пор трясет. Тем более, ей совершенно не хотелось заводить с этим типом какие-то отношения.
