И даже отлично, что я об этом думаю сейчас - это гораздо лучше, чем вспоминать об эрекции бомжа.
- Она твоя самая близкая подруга? - спрашивает Савва и его взгляд соскальзывает к ссадине на моей губе. Надеюсь, он разглядывает мой рот, что устраивает меня куда больше. Пусть сейчас и неуместно думать о том, что этот парень испытывает ко мне сексуальное влечение, но если это поможет пережить стресс, то почему бы и нет.
- Вика? Да, она самая близкая. Мы знакомы с одиннадцати лет. Учились вместе с университете. - И немного помолчав, решаюсь на встречный вопрос: - У тебя такие есть? Я имею в виду друзья, с которыми ты общаешься продолжительное время?
Савва отрицательно качает головой, даже на долю секунды не выпуская из фокуса мое лицо:
- Нет, Мирра.
У меня нет таких друзей.
Совсем не факт, что он чувствует то же, что и я: будто воздух в той крохотной прослойке между нами электризуется, делая каждую следующую секунду значимой и многообещающей. Достаточно совсем небольшого шажка, чтобы с головой уйти в его запах; нужно миновать всего десяток сантиметров, чтобы потереться щекой о ткань его рубашки и ощутить мужское тепло, которое сейчас кажется таким необходимым.
Но я так не умею, а потому трусливо отступаю назад.
- Уже двенадцать ночи. Спасибо, что согласился остаться... К завтрашнему дню моя паника пройдет, но сегодня мне нужна была компания. У меня удобный диван. Я могу постелить тебе там.
- Ты действительно хочешь, чтобы я спал на диване?
Его прямой взгляд пронзает меня словно игла коллекционную бабочку, и я снова чувствую замешательство.
Хочу ли я? Да, пожалуй, что хочу. Я не сплю с мужчинами в счёт благодарности.
- На диване могу спать я, а ты можешь лечь в спальне. Сегодня у тебя полный карт-бланш.
- Ты кривишь душой, - хрипло говорит Савва, сощурив свои непростительно красивые синие глаза. - Но я лягу на диване.
Он отказывается от постельного белья и моих щедрых услуг горничной, и ложится в гостиной, взяв лишь подушку."
"Я тоже забираюсь в кровать как есть: замотанная в маховый халат и с влажными волосами.
Подношу к носу прядь - не пахнет ли она тем отвратительным мужиком? - и лишь тогда понимаю, что совершенно не поинтересовалась его судьбой. Наверное, следовало вызвать полицию или хотя бы скорую. Эта мысль вызывает во мне содрогание. Проторчать вне дома ещё несколько часов, пересказывая равнодушным людям то, как мне было мерзко, унизительно и страшно? Надеюсь, Савва отбил тому уроду яйца, навсегда лишив функции спаривания.
