Обжигающее, вызывавшее кучу мурашек по всему телу, и трепет, и желание, и. что уж скрывать, возбуждение. Широкова начала считать себя нимфоманкой. Слишком уж она стала зависима от секса с Тимофеем.
– О работе, – соврала Лада. Хотя, нет, не совсем соврала. О работе она тоже думала.
– Тебе нужно возвращаться домой? – недовольство звучало в голосе Архипова, а Лада не знала, то ли ей злиться на него, то ли радоваться тому, что Тим не очень рад ее грядущему отъезду.
– У меня выставка скоро. И даже если я передам все свои текущие заказы коллегам, дел в любом случае много, – пояснила Лада.
– Останься еще на пару дней, девочка моя, – помолчав, выдохнул Тим и крепче обнял ее за плечи.
Лада видела смуглые, покрытые волосками руки, перед самым носом. Спиной чувствовала сильное и внушительное мужское тело. Вообще, рядом с Тимофеем она ощущала себя крохотной и слабой. А еще – под защитой. Тим внушал ей уверенность и чувство безопасности.
Девушка накрыла ладонью крупную мужскую ладонь. Тим тут же переплел их пальцы.
Очень трогательный жест. Цепляющий за душу.
Кажется, Лада оказалась на пороге самого безумного поступка, который когда-либо совершала. Безумие Архипова – крайне заразительная вещь. Широкова уже открыла рот, чтобы не только согласиться на просьбу Тима, но и на то, чтобы сказать ему «да».
– Я могу подключить понимающих спецов. Помогут с выставкой, пока ты здесь, – вновь заговорил Архипов, а Лада улыбнулась.
– Твоя и моя мамы уже плотно занимаются этим вопросом, – возразила Лада, – я не знаю больших профи в этом деле.
– Наши отцы, – подсказал Тим, – эти смогут что угодно.
– Кстати, раз уж ты поднял тему отцов... – начала Широкова.
– Не хочу об этом говорить, – фыркнул Архипов, – по крайней мере, сейчас.
– А что такое? – не без ехидства поинтересовалась Лада. Девушка прекрасно знала, что отец не единожды звонил Тиму, но о чем говорили мужчины – не слышала."
"– Твой батя свято верит в то, что я тебе не особо подхожу, – нехотя пробормотал Тим. – Потому я не хочу, чтобы ты вообще уезжала.
Ты вернешься, и Глеб Алексеевич обязательно придумает причину, по которой не подпустит меня к тебе.
– То есть мое мнение уже не учитывается? – вскинула бровь Лада.
– Только оно и важно для меня. Но я прекрасно знаю, насколько твой батя влиятельный и хитрый, – признался Тим.
– Боишься его? Серьезно? – рассмеялась Лада. Для нее папа был самым удивительный, добрым и открытым человеком. Пожалуй, если сравнивать, то Лада больше боялась маму, нежели отца.
