К тому же ручка кейса, зажатая в ладони, помогала решиться. Майю нужно догнать. Дело принципа и чести. Ну и извиниться, конечно же. Он ведь не быдло какое-то. Живет по понятиям. И Майя ему не чужая.
Стоило выехать за пределы частной территории, как Богдану уже позвонили и сообщили важные сведения. Машину Архиповой вели до первого же попавшегося бара.
Широков разозлился еще сильнее. Нет, и чего это девчонка удумала?! Решила хапнуть адреналина в месте, где тусуются байкеры и дальнобойщики?
Богдан вдавил педаль газа в пол.
Парень понимал, что нужно спешить. Пусть и опасности, скорее всего, не было. Потому что проверенные люди уже охраняли Майю. А все равно, Богдану казалось, что никто не обеспечит безопасность вспыльчивой малышки лучше, чем он сам.
***"
"Широков оставил кейс в багажнике. Через лобовое стекло прекрасно просматривался вход в кабак. И опасения Богдана подтвердились. Вся парковка была забита мотоциклами. Выходит, Майя в эту самую минуту торчит среди толпы озабоченных мужиков. А девчонку сложно не заметить.
Еще и в памяти Широкова всплыла картинка, как именно выглядела Майя. На девушке был надет короткий топ и брюки, абсолютно ничерта не скрывавшие. Аккуратная попа напоказ. И грудь!
Должно быть, у Богдана окончательно слипся мозг. Ведь Широков, не задумываясь о последствиях, вломился в бар. И даже не думал о том, что махать кулаками ему пока рано. И плевать! Главное, вытащить девчонку.
***
– Бармен, водки!
Майя и сама не ожидала, насколько резким и громким будет ее голос.
Девушка вообще ничего не замечала вокруг. Всю дорогу из особняка дяди Глеба она плакала. Потому и выглядела сейчас, скорее всего, как пугало огородное. Впрочем, Майя никогда не отличалась красотой. Наверное, поэтому Богдан и не замечал ее. А она...
– А не рано ли тебе, малышка? Документы покажи.
Майя насупилась, вынула из кошелька пару банкнот и положила на стол.
– Вот такие документы подойдут?
Бармен пожал плечом, убрал деньги, поставил перед Майей пустую рюмку и лимон.
– Кухня не работает, – изогнул бровь бармен и налил порцию прозрачной жидкости.
Майя минуту рассматривала алкоголь. И почему она решила напиться? Прежде ведь никогда подобным не занималась. Впрочем, она и с Богданом прежде не ругалась, предпочитала торчать подальше, в сторонке. А когда парень оказался в больнице, все перестало иметь значение. Для Майи было главным, чтобы друг поправился. Она сутками торчала рядом. Ее выгоняли врачи, недовольно шикали медсестры.
