Но в какой-то момент вдруг обнаружилось, что рядом сидит Проша, а на коленях свернулся Хан, которому я уже какое-то время бездумно почесываю пузико.
— Едва его не потеряла, — зачем-то сказала им вслух. — Ума не приложу, как смогла удержать.
— А чего удивляться? Ты же не человек. У тебя очарование повышенное, — сочувственно прохрипел своим прокуренным голосом коловертыш. — Ему трудно было устоять.
— Ммм, ясно, — протянула я. И поймала себя на мысли, что сижу тут нагишом, в распахнутом халате, и совершенно не чувствую смущения.
А ведь и Хан, и Проша прекрасно слышали, чем мы тут занимались. И стоны, и всхлипы, и просьбы, и высказывания, там, всякие, которые в процессе вырывались как-то сами собой… Странно. Да и когда я Дениса соблазняла, мне тоже было совершенно неважно, увидят меня соседи или нет. Я готова была прямо в подъезде перейти непосредственно к… примирению. Так что теперь меня по праву можно называть «бесстыжей нечистью». М-да. А еще на Огнеславу грешила.
— Шоколадку хочешь? — неожиданно спросил Проша.
— Говорят, они силы восстанавливают.
— Ну… не знаю даже. Можно. Только где ты сейчас шоколад… ой!
Коловертыш разинул рот, засунул туда лапу аж по локоть, аккуратно извлек шоколадку в упаковке и вручил мне. Я на автомате взяла, как-то подсознательно ожидая, что она будет мокрая и склизкая. Но нет! Абсолютно сухая нормальная шоколадка. С орехами и изюмом. Словно из кармана достали.
— А как ты…
— Я же коловертыш, — пожал плечами он, словно это все объясняло.
— И что?
— Ну так ведьмы нас для того и выводят, чтобы мы им всякие вещи полезные добывали и приносили.
У каждого коловертыша зоб, как сумка. Бывает, даст ведьма задание продуктов раздобыть, так мы полный зоб всякого добра набиваем, да приносим ей… за то и ценимся.
— Погоди-ка! А где это вы продукты добываете? — с подозрением уточнила я, обнаружив на шоколадке приклеенный ценник.
— Ну… — он немного смутился. — Раньше у людей брали… а сейчас магазинов полно всяких… от охраны уйти проще простого… мы прятаться-то хорошо умеем.
А еще скорость при надобности развиваем такую, что и глазом не углядишь.
Я вылупила на него глаза. Ну, дела! Вот так вороватые помощнички!
— Так ты, получается, шоколадку эту украл?!
— Ага, — радостно подтвердил Проша. — И не только шоколадку! Я же говорю — на стол накрыл, идем чай пить! Правда, он остыл уже, но я новый мигом вскипячу!
Я подорвалась, забыв о своем глубочайшем расстройстве, и бросилась на кухню. И застыла в дверях, сраженная.
