– Ты долбаный псих! – мои глаза презрительно сузились. – Самый настоящий ублюдок.
– Ты заставляешь меня быть таким, – его лицо вмиг стало строгим, а ясные голубые глаза затянулись мраком.
– Оставь его в покое. Оставь в покое нас! Да сколько можно?! Чего ты добиваешься?
– Тебя. Я хочу тебя, Тэя. И сделаю для этого все, что угодно.
Я резко замолчала, встретившись с ним взглядом. Он проникал под одежду. Буквально проедал ее. Я вздрогнула, ощутив себя абсолютно голой и незащищенной.
– Хорошо, – твердо сказала я, сжимая губы в узкую полоску.
Натаниэль выпрямился в кресле, ожидая продолжения моих слов, но вместо этого я плавно сбросила с себя пиджак. Я уронила его на пол, превращая материал в бесформенную кучу складок.
– Что ты делаешь? – угловатые брови Нэйта вздернулись, но сам он не шелохнулся, продолжая наблюдать за моими дальнейшими действиями.
– Ты сказал, что хочешь меня, – я ужасно волновалась. Ладони вспотели. Пальцы тряслись. Вдоль позвоночника скользнула капля пота. Но, стараясь скрыть внутреннюю панику, я приступила к пуговицам на полупрозрачной блузке.
– Бери, – я расстегивала их одну за другой и, не отрываясь, смотрела ему в глаза. Они горели. Прожигали меня насквозь. И я отчаянно надеялась, что у меня хватит сил справиться с тем, что я затеяла.
Тонкая ткань блузки медленно скатилась с плеч вдоль рук и упала на скомканный пиджак. На мне остался ажурный белый бюстгальтер, через который просвечивались соски. Господи, как же я нервничала. И мысленно молилась, чтобы Нэйт не заметил, как дрожит мое тело.
Я полностью отдавала отчет своим действиям. Я знала, что играю с огнем. Но теперь мне было ради кого рисковать и оставаться неприступной. Я знала, что теперь мне хватит сил противостоять гипнозу Фостера."
"Я завела руки за спину и потянулась к замку́ на юбке. Внезапно Нэйт вскочил с места и рванул ко мне, сокращая расстояние между нами за считанные шаги. Он схватил меня за руку и вывел ее из-за спины, тем самым останавливая мое обнажение.
Я уверенно смотрела в его затуманенные глаза и осознавала, какую все-таки власть имела над ним.
– Почему ты помешал мне? – мой голос звучал ровно, но знал бы Нэйт, как бешено колотилось мое сердце. Оно было готово выпрыгнуть из груди в любую секунду. – Ты ведь сказал, что хочешь меня. Вот я, перед тобой. Бери.
– Я знаю, что я сказал, – прошипел он, вонзаясь в меня взглядом.
– Только имей в виду, в этот раз процесс не доставит мне никакого удовольствия.
